Мальчик из Холмогор (1953): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Они менее опасны, чем иссушающие жары южных морей, от которых пища и вода портятся, а люди заболевают. Наши моряки к морозам привыкли, а другого пути у нас нет. Михайло Васильевич очень этим путём занялся, за тем и в Адмиралтейство ездит. Экспедицию помогает готовить. Я для этого карту черчу. В оптической мастерской разные подзорные трубы делают. Ты, небось, видал?

— Нет, ещё не успел, — сказал Миша. — Может, сегодня успею. А зачем этот путь вообще нужен?

— Государство богатеет от торговли с отдалёнными странами. Есть мелкие государства, много меньше Российского, а они распростёрли свои силы во все концы земного шара. А у нас выход к одному лишь океану — Северному.

— Ну, я пойду! — сказал Миша. — Я ещё не со всеми простился. — И направился в лабораторию.

Лаборант что-то толок в ступке. Пестик звенел, будто вприсядку плясал, и от стука вся посуда на полках подскакивала и позванивала. Миша подождал, пока стало потише, и сказал:

— А меня завтра в гимназию отдают.

— Очень хорошо! — ответил лаборант. — Оттуда тебе все дороги открыты — и в лекари, и в аптекари, и в механики, и в горные инженеры, и даже в профессора. Вот меня Михайло Васильевич из гимназии к себе взял.

— А вас там больно били? — робко спросил Миша.

— Без этого не бывает! — ответил лаборант. — И ничего тут страшного нет. За битого двух небитых дают.

Миша вздохнул, и ему расхотелось говорить о гимназии.

— А что это у вас в тигельке плавится?

— Это сплав для зеркал, а зеркала — для подзорных труб. Видал в оптической мастерской трубы делают?

— Не видал. Пойти, что ли, посмотреть? — ответил Миша и пошёл в оптическую мастерскую.

Оптический мастер Игнат Петров был крестьянский парень из Усть-Рудицы, и Миша уже раза два успел побеседовать с ним о деревне. Войдя в мастерскую, Миша поздоровался и невесёлым голосом сообщил:

— А меня завтра в гимназию отдают.

— Вот счастливец! — сказал Игнат, и глаза у него заблестели. — Мне бы так!

— Там холодно и голодно, — сказал Миша. — И больно дерутся.

— Я бы за науки всё претерпел! — воскликнул Игнат. — Но меня не возьмут. Я крепостной, холоп — таких не берут учиться. Вот сейчас я мастер и любимое дело делаю, а случись что, и меня опять в деревню, к сохе. А будь я свободный человек, я бы в гимназии тоже учился и потом мог бы в самой академии инструментальным мастером работать. Счастливец вы, Мишенька!

Но Миша не очень был уверен в своём счастье.

— Не огорчайтесь, Мишенька, — заговорил Игнат. — А как же Михайло Васильевич? Ведь он, когда учился, тоже и голод и холод терпел, а теперь он знаменитый учёный, и, может, во всём мире ему равного нет. Да, он вас полюбил и не стал бы отдавать в гимназию, если бы там плохо было.

— А что у вас за трубы делают? — спросил Миша.

Игнат взял лежащую на столе трубу и подал Мише. Миша посмотрел в неё и увидел, что Игнат стоит вверх ногами. Миша опустил трубу — Игнат стоял, как всегда, вверх головой.

— Ты меня рассмешить хочешь? — спросил Миша. — Чтоб я про печальное не думал? Мне всё равно не смешно.

— Не пойму я, — сказал Игнат, — про что вы говорите?

— Я сам вверх ногами стоять умею, — сказал Миша. — Только я тогда руками за пол держусь, а ты вверх ногами стоял и руками разводил.

— Вот что! Вы на меня в трубу смотрели, а эта труба обратная, в ней отражение перевёрнуто. Вы ещё поглядите.

Миша навёл трубу на других мастеров, и все они тоже оказались перевёрнутыми. Он засмеялся.

— Ну, вот и развеселились! — сказал Игнат. — А эта труба очень любопытная. Называется она «ночезрительная», потому что как посмотришь в неё в сумерки и в светлые ночи, то многое можно увидать, что простым глазом не видно. И в морских плаваниях от неё большая польза.

— А зачем ночью в трубу смотреть?

— Представьте, на море, когда мрачная наступает погода, как мореплаватель может знать, где искать пристанище, куда уклониться от мелей, от подводных камней и берегов, неприступных своей крутизной? А в ночезрительную трубу он видит свой путь так же ясно, как днём. Эту трубу Михайло Васильевич давно уже изобрёл, но до сего времени её не делали. А теперь для экспедиции понадобилась, сразу четыре штуки работаем.