Семейные секреты: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Питер ухватился за ее сумочку. Марианна резко дернула ручку своей сумочки. Ручка осталась в руках Марианны, а сумочка — в руках Питера.

— Ох! — вырвалось у Питера. — Извини, я не хотел…

Он протянул сумочку Марианне, она схватила ее и пулей вылетела из кафе.

Марианна толком не помнила, как поймала такси, как доехала до дома. Очнулась она только перед дверью квартиры, когда не смогла найти ключи. Только сейчас она разглядела изувеченную сумочку, у которой с мясом была вырвана ручка, и неожиданно расхохоталась. Усилием воли она заставила себя прекратить этот истерический смех, нашла наконец ключ, открыла дверь, прошла в гостиную и не раздеваясь рухнула в кресло.

Только после этого из ее глаз потекли слезы.

— Все. Это все, — шептали ее непослушные губы.

И дело вовсе не в том, что он ничего не сказал о ней своим родителям, а ее родные уже давно обо всем знают и постоянно пристают к ней с дурацкими вопросами. Хотя и в этом, наверное, тоже, призналась себе Марианна. Просто она вдруг почувствовала, что это конец. Что больше она не хочет ничего слышать. И не нужны ей никакие объяснения. Все — значит все. Неважно почему.

Марианна не помнила, сколько она так просидела до того момента, как раздался звонок. Она вздрогнула от неожиданности, потом поднялась с кресла и медленно направилась к двери, пытаясь придать лицу нормальное выражение. Кто бы это мог быть? Наверняка Джанет. Пришла рассказать ей об очередной любовной неудаче. Теперь и мне есть о чем рассказать, мрачно усмехнулась Марианна. Но говорить об этом совсем не хочется. Поэтому она скажет Джанет, что собирается лечь пораньше, и предложит встретиться как-нибудь в другой раз. Джанет поймет. Она всегда все понимает…

Марианна открыла дверь и чуть не отпрянула от неожиданности. На пороге стоял Питер. Лицо его было мрачным и решительным, а в руках — огромный бумажный пакет.

— Извини, если помешал, — начал Питер. — Я все равно войду, даже если ты против, — добавил он, так как Марианна не пошевелились, чтобы его пропустить.

— Ладно, входи, — произнесла она безжизненным голосом.

— Нам нужно поговорить, — сказал Питер, входя в гостиную.

— Может, уже и не нужно, — пробормотала Марианна.

— Но я все-таки скажу, все, что должен сказать, — решительным тоном проговорил Питер.

Он усадил Марианну на диван и сам сел рядом с ней, поставив пакет у ног.

— А это что? — поинтересовалась Марианна, указывая на пакет.

— А, это… — Питер махнул рукой и достал из пакета дамскую сумочку. Она была такого же цвета, как сумочка Марианны, голубовато-серая, но другой формы. Питер положил ее на пол, после чего снова запустил руку в пакет и достал… еще одну сумочку. Она была похожа на предыдущую, хотя отличалась некоторыми деталями. Потом Питер извлек из пакета темно-серую сумочку, затем черную, но такой же формы, как пострадавшая сумочка Марианны, потом серебристую, не похожую ни цветом, ни формой, и, наконец, большую бежевую сумку с карманами.

— Что это? — прошептала Марианна, от изумления едва не потерявшая дар речи.

— Я не мог найти такую же и купил что-то похожее, — извиняющимся тоном произнес Питер.

— По-твоему, эта похожа? — спросила Марианна, указывая на маленькую серебристую сумочку. — Или эта, — добавила она, беря в руки и разглядывая бежевую сумку.

Марианна отвлеклась и почти забыла, зачем Питер пришел и обо всем, что произошло.

— Эти я просто так захватил, подумал, что они могут тебе понравиться, — объяснил Питер.

Марианна с удивлением заметила, что улыбается.

— Да этих сумочек хватит на целый гарем!

— Не нужен мне никакой гарем, — сердито буркнул Питер.

— Не нужен?! — с вызовом спросила Марианна.

— Я люблю тебя, и только тебя! — пылко произнес Питер. — И всегда буду любить. До конца жизни.

Марианна опустила глаза. Она была в растерянности и в смятении. Она не знала, что думать и что говорить.

— Марианна, ты… выйдешь за меня замуж? — Голос Питера прервался.

Марианна смотрела на его взволнованное лицо, в его глаза, кажется еще больше потемневшие от волнения, на его нервно сжатые губы и чувствовала, что к ее глазам подступают слезы. Она попыталась ответить, но голос ее не слушался, и она смогла только кивнуть, едва заметно.