Со дня на день может приехать Сандра. Я не видел ее так долго, что больше не могу ждать.
Лиза очень похудела и осунулась, стала нервной и раздражительной. Причину, по которой испортился ее прекрасный ровный характер, мы оба прекрасно знаем, хотя и никогда не говорим об этом.
Лиза почти перестала говорить со мной, и если заговаривает иногда, то только о сыне.
Вот и сегодня она с самого утра приступила ко мне с обычными просьбами.
— Николай, нам нужно уезжать отсюда, — сказала она за завтраком.
— Антону вчера было гораздо лучше, — возразил я.
— А сегодня у него снова поднялась температура.
Я промолчал.
— Николай! — позвала Лиза.
Я поднял голову, встретился взглядом с Лизой и тут же отвел глаза в сторону. Я чувствовал себя преступником.
— Речь идет о здоровье нашего единственного сына!
— Подождем, — предложил я неуверенно. — Может быть, вечером ему станет лучше…
Лиза вскочила из-за стола и почти бегом бросилась к двери.
Я не стал ее останавливать.
Собрался и уехал в город. Может быть, там я узнаю что-то новое о приезде Загурского с гостями.
В городе я повстречал своего петербургского знакомого, которого не видела очень давно. Мы обменялись новостями о семьях, немного поговорили об общих знакомых. Я уже хотел откланяться, когда мой знакомый вдруг воскликнул:
— Да! Ты знаком с Загурским?
Мое сердце сжалось.
— Знаком, — ответил я небрежно. — И что же?
— Он собирается жениться.
— Подумаешь, новость! — сказал я все так же небрежно, хотя мне это стоило огромного усилия. — Все только об этом и говорят!
Лицо знакомого разочарованно вытянулось.
— Вот как, — сказал он смущенно. — А я думал тебя удивить.
— Что же в этом удивительного? — спросил я, пожимая плечами. — Насколько мне известно, Загурский давно вдовец, детей у него нет, зато есть деньги, и немалые… Было бы странно, если бы он оставался холостяком при таком завидном положении дел.
— Да, — согласился знакомый. — Но ты не знаешь, что он женится на бесприданнице!
— Так что ж! — ответил я. — Его состояния хватит на двоих.
— Я считал его более расчетливым, — заметил мой знакомый. — Ему уже не первый год пытались сосватать самых завидных столичных невест. Он — ни в какую. То девица слишком молода, то она уже перезрела, то недостаточно скромна, то чересчур скованна в обращении… Заметь, сватали ему девиц с хорошим приданым! Мне интересно взглянуть на барышню, которая, не имея гроша за душой, стала в его глазах совершенством. Ты знаешь, кто она такая?
— Знаю, — ответил я. — Я познакомился с ней у Блоков. Она их дальняя родственница. Барышня образованная, хорошо воспитанная…
Я замолчал. Назвать Сандру воспитанной барышней у меня не было оснований. Со мной она всегда держалась до неучтивости небрежно.
— И все? — разочарованно спросил мой знакомый.