Наверху раздалось тихое бульканье и голос Иолая произнес:
— Можешь не проверять — я не обману.
После этого Геракл услышал шумный глоток, удовлетворенный возглас и удаляющиеся шаги, один из беседовавших удалился.
Рука оставшегося схватилась за железное кольцо, вделанное в доски, и потянула крышку на себя.
Яркий свет ворвался в подвал и на минуту ослепил Геракла. Он закрыл глаза рукой, а когда отнял ее, то широко улыбнулся и обнял друга.
Конечно, это был Иолай, Геракл не ошибся.
Ну что, сидишь? — спросил юноша бодрым тоном.
Конечно сижу! — подтвердил Геракл. — А еще стою и прохаживаюсь! Правда, здесь не особенно походишь.
А между тем плохи твои дела, друг, — посерьезнел Иолай. — Знаешь, что придумала Омфала?
Что? — насторожился Геракл-
Она хочет тебя завтра высечь плетьми на дворе в присутствии всех слуг и рабов, которые работают во дворце! — выпалил юноша, — Как тебе такая мысль?
И это все наказание? — хмуро спросил Геракл.
Почти! — ответил Иолай. — Осталась самая малость — после этого тебя принесут в жертву богине плодородия Деметре!
Как? — изумился сын Зевса, — Меня принесут в жертву?
Да! — кивнул Иолай, — Палач Омфалы уже точит жертвенный нож и возносит молитвы богам, чтобы завтра была хорошая погода!
Но для чего?
Чтобы мои виноградники начала приносить богатые плоды! — гордо объяснил Иолай. — Как тебе это нравится?
Невероятно! — покрутил головой Геракл. — Это что же, твоя идея?
Ты что? — обиделся юноша. — Это идея Омфалы. Она только что попробовала моего вина, пришла в дикий восторг, а потом и говорит мне: «А что, Иолай, Деметра дарует нам богатый урожай винограда, если мы принесем ей в жертву нашего провинившегося раба Геракла?»
Юноша очень похоже передразнил тонкий голосок Омфалы, Геракл хотел было рассмеяться, однако вовремя вспомнил, что речь идет о жизни его самого.
И что же ты? — сдержанно спросил Геракл.
Я? Конечно, бросился отговаривать, попросил кем-нибудь тебя заменить, но Омфала сказала, что в жертву надо принести тебя, поскольку ты вырывал виноград у Силея. Правда, мы занимались этим вместе, однако царица заявила, что я искупил свою часть вины, принявшись разводить этот самый виноград у нее на участке.
Да! — почесал в затылке Геракл. — Странная ситуация. Царица явно хочет моей смерти, но каким нелепым образом? Нет, никогда не любил я вина, и если и пил его, то под принуждением обстоятельств…
Не волнуйся, друг, я что-нибудь придумаю! — пообещал Иолай и хотел еще что-то добавить, но тут сверху раздались нетвердые шаги, и пьяный голос произнес:
Эй, ты там! Давай, выходи, твое время кончилось!
Стражник икнул.
И поторопись! — продолжал он. — Не то закрою тебя вместе с ним!
Иолай сжал руку приятеля.
Мне надо бежать…
Слушай, — взмолился Геракл. — Принеси мне как- нибудь сюда мою дубину!