— И? — спросила она недоуменно, когда продолжения не последовало.
Я уставилась на нее.
— А что, этого недостаточно?
Она моргнула.
— Ну… Да нет, просто ты так скрытничала, что я решила: ты готовишься поведать мне страшную тайну — типа, что ее парень тебя изнасиловал или что-то в этом духе.
Вот этого я не ожидала.
— Так ты считаешь, что мать-алкоголичка — это так, пустяк?
Она пожала плечами.
— Конечно, для тебя это никакой не пустяк. Тебе приходилось с ней жить. Но просто… Это не «туши свет». Я хочу сказать, в списке самых шокирующих новостей мать-алкоголичка — это не первые десять строк.
Смешно, я боялась, что она будет презирать меня, когда узнает. А теперь, когда этого не произошло, я почувствовала даже что-то вроде разочарования. Я хочу сказать, вот я взяла и выложила ей свою самую страшную тайну, которой раньше не делилась ни с кем, а она, типа, зевнула.
— В моей последней школе все были в шоке, — протестующее сказала я. — Они превратили мою жизнь в ад, когда узнали правду.
Она отмахнулась.
— Так то просто дети.
— Эй, а мы-то кто?
— Да, мы тоже дети. Но мы не просто дети, — сказала она, и это было как удар под дых. — Я — шестнадцатилетний вундеркинд, живущий в отдельной квартире, а ты — Мерцающая. «Просто» — это не про нас.
Правоту ее слов трудно было отрицать, хотя я долго пыталась не замечать всего того, о чем она только что сказала.
Я всегда хотела быть, как все, и никогда у меня это не получалось. Я просто не хотела признавать, что я — другая.
— Да ладно тебе, по крайней мере, мы можем теперь быть «не как все» вместе, а? — сказала Кимбер, и я не могла не улыбнуться ей в ответ.
— А кому нужны нормальные? — воскликнула я. — Это же так скучно!
И в тот момент я и вправду так думала.
Мы с Кимбер вскочили на ноги, когда услышали, как открылась и закрылась входная дверь, затем услышали звук шагов, направляющихся через кухню в спальню.
— Это я, — крикнул Итан прежде, чем мы успели по-настоящему испугаться.
Он появился на пороге спальни минуту спустя; на губах его играла улыбка. Я взглянула на него, и сердце екнуло в груди.
— Ты выглядишь таким самодовольным, — сказала Кимбер кислым голосом. Подумать только, еще вчера я считала, что это — ее обычная манера говорить.
Улыбка Итана стала шире.
— Я — гений, смею сказать.
— Ты только об этом и говоришь.
Его это не задело.
— После того как Грейс навестила меня днем, я решил, что она приставит кого-нибудь следить за квартирой, твоей и моей, — сказал он.
— Ого! Ты сам догадался?