Мерцающие врата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я подавила еще один зевок. Лаклан вышел и запер дверь на засов.

Глава пятая

Может, во мне взыграл дух противоречия, поскольку именно Лаклан предложил лечь поспать, но я решила, что не лягу. Не скажу, что это было просто, учитывая перелет, разницу во времени, съеденные булочки и уютно мерцающий камин. Если я срочно не займу себя чем-то, то проиграю битву со сном, поняла я. Так что я достала из рюкзака лэптоп и решила, что, пожалуй, отправлю коротенький имейл маме, расскажу, в какую передрягу я попала. Вдруг она окажется в достаточной мере трезвой, чтобы броситься мне на помощь? Однако — сюрприз, сюрприз! — в моей камере не оказалось вай-фая. Оставалась пара пикантных книжечек, которые я загрузила в компьютер через Интернет (мама никогда не замечала, сколько я трачу денег, потому что счета в нашей семье оплачивала я сама). Но читать книги порнографического содержания, будучи запертой в камере, показалось как-то… неправильно.

Впервые с тех пор, как я сбежала из дома, я почувствовала нечто вроде укола совести. Сможет ли мама сосредоточиться, чтобы платить по счетам, когда меня не будет рядом? Я представила, как она сидит одна дома, пьяная, без воды и электричества. Но я тут же мысленно отругала себя. Она годами перекладывала на меня все обязанности, но она все же взрослый человек и должна в конце-то концов суметь позаботиться о себе сама!

Около семи часов вечера Лаклан снова вошел с подносом. В животе у меня заурчало. Сытость от съеденных булочек прошла уже больше часа назад. А на подносе на этот раз лежал огромный сэндвич панини, залитый плавленым сыром и майонезом и украшенный маленькими листочками зеленого салата. Думаю, это блюдо также было из магазина Лаклана.

Когда он забирал поднос, он снова предложил мне вздремнуть. К этому времени я уже буквально спала на ходу, но все еще продолжала упрямиться. Ненавижу делать то, что мне говорят. И чтобы доказать ему, что я вовсе не собираюсь следовать его совету, я стала делать распевку — серию вокальных упражнений. Потом я спела весь репертуар, отработанный мною с учительницей по вокалу до того, как я сбежала из дома в поисках лучшей жизни. Подозреваю, Лаклан слышал, как я пою, даже сквозь дверь в шесть дюймов толщиной, поэтому я старалась изо всех сил, словно выступала перед публикой. А вдруг его сердце дрогнет под воздействием моего дивного голоса, и он выпустит меня на свободу?

Ну-ну, мечтать не вредно. Растрогается он, как же… когда рак на горе свистнет.

Я вся отдалась музыке и на время отключилась. Я пела одну мелодию за другой и забывала, что мой отец в тюрьме, что тетя Грейс похитила и заперла меня «для моего же блага». Я закрыла глаза и предоставила волшебным звукам унести меня прочь отсюда в другой мир.

Внезапно я почувствовала странное жжение в груди. Это было необъяснимо, но камея, которую я никогда не снимала, непонятным образом нагрелась, почти раскалилась, словно я подержала ее над огнем. Я сняла ее с шеи и осмотрела. Интересно, почему она вдруг стала такой горячей? Но не успела я задуматься, как она тут же остыла — да так быстро, что я подумала, уж не почудилось ли мне все это?

Как только я закончила петь, усталость снова обрушилась на меня. Веки отяжелели. Пожалуй, я доказала Лаклану все, что хотела. Теперь можно и сдаться на милость усталости.

Переодеваться в пижаму при данных обстоятельствах я сочла нецелесообразным. Я ограничилась тем, что сняла ботинки и носки, а джинсы сменила на мягкие спортивные штаны. После чего залезла в небольшую, но мягкую постель. Я выключила свет, но электрокамин трогать не стала — в комнате было не слишком-то жарко. Так, глядя на пляшущие языки искусственного пламени, я и заснула.

Когда я проснулась, было темно. Я не сразу сообразила, где я, и еще несколько минут озиралась в недоумении, после чего воспоминания обрушились на меня с новой силой. Голова была тяжелой и болела, все вокруг казалось каким-то нереальным. Я посмотрела на часы на запястье: два часа ночи. Я перевернулась на другой бок, уверенная, что сейчас же усну снова. Не тут-то было. Внезапно я услышала за дверью шаги и с запозданием вспомнила, что до этого тоже слышала какой-то шум. Он-то, видимо, и разбудил меня. Я думала, что слышала его во сне, но теперь затвор по ту сторону двери заскрежетал — и стало ясно: все это наяву.

Я быстро села, выпутываясь из покрывала. Может, я сквозь сон уловила больше, чем могла сейчас вспомнить, а может, это было предчувствие, но я была почти уверена: тот, кто сейчас открывает дверь моей камеры, — не Лаклан. В ту же секунду дверь распахнулась, и в проеме возник мужской силуэт. Я была права — это был не Лаклан.

Я бросила бороться с одеялом, не в силах отвести взгляд. В дверях стоял самый красивый молодой человек из всех, кого я когда-либо видела.

Он был высокий — хотя рядом с Лакланом он, наверное, смотрелся бы лилипутом — и стройный. Длинные светлые волосы лежали на его плечах, как накидка. При свете камина было трудно различить, какого именно цвета у него глаза, но одно можно было сказать точно: они очень светлые и с этим особым лисьим изгибом к вискам, характерным для Волшебников. Возможно, он был бы слишком совершенен для настоящего красавца, если бы не легкая кривизна носа — такая, словно он был как минимум один раз сломан.

Он выглядел моложе, чем все те Волшебники, с которыми мне доводилось встречаться, хотя и был старше меня. Интересно, подумала я, у него просто мальчишеское лицо или он действительно юный Волшебник? Думаю, так тоже бывает, хотя у настоящих Волшебников и нет возраста.

Он криво усмехнулся, и до меня вдруг дошло, что я пялюсь на него, как подросток на рок-звезду. Я мысленно дала себе подзатыльник и скинула, наконец, одеяло.

Не очень-то приятно было стоять босиком на холодном каменном полу, но я не могла оторвать взгляд от юного Волшебника, чтобы надеть носки и ботинки.

— Ты кто? — спросила я, потому что он просто стоял и улыбался.

— Меня зовут Итан, и я пришел, чтобы спасти тебя.

Ладно. В конце концов, возможно, это сон. Туман в моей голове заклубился еще гуще, когда я попыталась сосредоточиться и из миллиона вопросов, которые крутились у меня на языке, выбрать первый.

Итан продолжал улыбаться. Скорее, ухмыляться. Еще бы! Он, должно быть, в восторге от моего остроумия и нашего насыщенного диалога!

— Если только ты не хочешь остаться здесь, потому что тебе и так хорошо, — сказал он.

— Да хватай ты ее — и сваливаем отсюда! — раздался девичий голос из другой комнаты. Мне было не разглядеть его обладательницу за спиной Итана, который так и стоял в дверях. Но где же Лаклан, интересно знать.

Итан бросил через плечо недовольный взгляд.

— Я пытаюсь проявить вежливость, — сказал он. — Ты хоть знаешь, что это такое?

Девушка в ответ обозвала его парой эпитетов, повторять которые здесь я не стану. Но я расстроилась. Эти двое общались так фамильярно и непринужденно, что сразу становилось ясно: их что-то связывает. Когда юноша и девушка — просто друзья, они разговаривают иначе… Но я тут же одернула себя. Что это я тут напридумывала? Какое мне вообще дело до их отношений?

Итан снова повернулся ко мне.

— Нам правда пора идти. Времени мало.

Я наконец отвела от него взгляд и принялась натягивать носки, лихорадочно думая. Есть у меня причина вообще идти с этими ребятами? Ну, за исключением того, что этот парень — «лакомый кусочек»? «Из-под ручки посмотреть», как говорит мама. Но я не знала, ни кто он, ни почему он решил спасти меня. Это в том случае, если он и вправду решил спасти меня, а не выманить из укрытия — предупреждала же тетя Грейс, что я в страшной опасности. Конечно, я не верила ей. Верить ей было так же глупо, как надеяться победить Лаклана в рукопашной.