Кричит флегматик в «джинсе».
Хмырь стоит рядом, увлеченно листает «Москву бандитскую».
Даже отсюда видно…
Весна оглушительно чирикала из клейких зеленых листьев, шумела над головой кронами деревьев, подмигивала солнечными бликами: весна была нам рада.
И мы ей, ясное дело, тоже.
Знакомая тропинка убегала назад, пружиня под кроссовками, и очень скоро мы добрались до нашей старой поляны, за десяток лет плотно утоптанной босыми пятками.
Полистать трофеи с книжной «балки» Олег не дал: громкий хлопок в ладоши — и вот уже группа замерла перед сэнсеем. Это дои послезанятия есть друзья, знакомые, коллеги и соавторы, а сейчас есть сэнсей и строй карате-ка.
Все.
Привычный поклон.
— Сейдзэн!
Пару минут — на то, чтобы успокоить дыхание и выбросить из головы посторонние мысли.
Хлопок.
— Хэйко-дачи йой!
От слитного выдоха трех десятков человек по лесу проходит ветер. Утрирую, конечно. Но впечатление именно такое.
Дыхание, разминка. Деревянное с утра тело постепенно разогревается, становится гибким, сбрасывая остаточные оковы сна, суставы перестают хрустеть, мои тридцать пять не кажутся таким уж бременем лет, импульсы силы мягко перекатываются по телу, готовые сконцентрироваться и выплеснуться в нужной точке…
— Локоть в сторону не отводи.
Вот так. Начинаешь тащиться от «импульсов» — тут же что-нибудь выпирает в сторону. На этот раз локоть.
Слежу за гулящим локтем. То, что позиция сделалась «кривой», успеваю заметить сам.
— Вперед не проваливайся.
Вот так. Хвост вытащишь — нос увязнет. Нос вытащишь…
А все потому, что головой много думаю. Это за рабочим столом головой думать надо, и то… А здесь — животом, или по-нашенски, по-японски, — «хара». Пытаюсь «отключить» голову и поймать ощущение движения целиком. Получается, но со скрипом.
Не хара, а хара-кири.
— Уже лучше. Только не дыши так тяжело.
Не. Дышу. Так. Тяжело.
Дышу. Легко. И. Свободно.
— Ката Гекусай-дай-ичи. Мягкое исполнение. Хай!
Блок. Удар. Уход. Блок. Блин! Что это я из себя Буратино изображаю?! Блок-удар-уход-блок-блин. Слитно, без пауз. Совсем другое дело.
— По парам. Гекусай-дай-ичи. Парный вариант. Хай!
Блок-удар-уход-блок. Блок-удар-уход…
Мужика я заметил, когда мы вновь перешли к одиночным формам (в паре особо по сторонам пялиться некогда — сразу в глаз засветят). В общем-то я и теперь особо не пялился. Просто мужик стоял почти в точности за спиной Олега, метрах в двадцати, за кустами, скрывавшими его до половины. В итоге заприметил я гостя, глядя, как Олег показывает очередную связку. И потом поглядывал изредка, повторяя движения за сэнсеем, благо смотрел туда же.