Сурат чмокает губами:
- А ты весьма красноречив, да и манеры тебе не чужды. Мне это нравится, пусть даже твой кривой человеческий нос полон экскрементов. Что ж, обращайся. Только быстро.
"Уходи, - мелькает в голове у Синджира. - Это совершенно тебя не касается. Она - никто. Ты с ней даже не знаком! Вы виделись лишь одно мгновение, и ваша встреча ничего не значила. Беги, у тебя это хорошо получается".
Но та женщина? Она наблюдает за ним, и, возможно, ему это только кажется, но... неужели и она его узнала?
Словно в подтверждение его мыслей, она едва заметно кивает.
- Та женщина - ваша? - спрашивает Синджир у Сурата. - На продажу?
- Да, - отвечает Сурат, удивленно выпятив губы.
- Тогда я ее покупаю. Я хорошо заплачу, и...
- Товар такого качества, - прерывает его гангстер, - продается только на аукционе. Чтобы получить максимальную прибыль и дать шанс всем заинтересованным покупателям.
- Заплачу сверху, чтобы лишить их шансов.
- Не важно. - Сурат поднимает руку. - В данном случае аукциона не будет. У нас уже есть покупатель. Разве что ты считаешь, будто можешь сравниться с безграничной казной Галактической Империи?
Сердце Синджира проваливается в пятки, словно камень в болотную трясину. Но он ничем не выдает страха и разочарования, лишь хлопает в ладоши и широко улыбается.
- Значит, тут какое-то недоразумение - кто-то кого-то не так понял. Видите ли, я сам - представитель Галактической Империи, офицер службы безопасности Синджир Рат-Велус, до этого служивший на имперской базе на Эндоре, а теперь здесь, на Акиве, с... дипломатической миссией. Вам не сообщили о моем прибытии? Мы же всегда были вместе, до того как те свиньи-повстанцы взорвали нашу любимую игрушку. Прошу прощения, но я...
- Я еще не известил Империю о своей добыче, - перебивает Сурат.
- Что? Не понимаю.
- Они не знают, что она у меня. - Гангстер показывает на женщину. - Может, у тебя есть знакомый джедай, который предсказал мое появление? Или ты сам, офицер службы безопасности Синджир Рат-Велус, обладаешь даром предвидения?
- Что ж, я весьма одаренный.
- А может, ты повстанец. Или просто мошенник. Какая, собственно, разница?
Сглотнув, Синджир выдавливает улыбку:
- Уверяю вас...
Сурат хмуро смотрит на него.
- Убить его! - рявкает гангстер.
Приспешники Сурата открывают огонь.
- У нас проблема, адмирал, - сообщает Адея Райт.
Слоун идет по коридору дворца, стены которого увешаны портретами сатрапов прошлого в золоченых рамах: мясистое, с отвисшими щеками лицо сатрапа Монго Хинго; желтая болезненная физиономия сатрапа Тина Витрафиспа; щеголеватый портрет молодого сатрапа Каде Хинго, юного правителя, который слишком рано умер (письменная история утверждает, что от рук убийцы, хотя устное предание гласит, что от венерического заболевания).
- Что за проблема? - остановившись, спрашивает Слоун. - Позволь напомнить, что я направляюсь на встречу, которая либо укрепит, либо сломает хребет Империи и Галактики, которой она изо всех сил пытается править.
На лице бедной девушки появляется страх, словно набежавшее на солнце облако. Слоун ощущает легкий укол стыда - в чем бы ни заключалась проблема, вряд ли в том виновата сама Адея. К ее чести, та набирается смелости и, глубоко вздохнув, отвечает:
- Два разведывательных корабля повстанцев.
Опять-таки к ее чести, ей хватает ума не повышать голос - кто знает, вдруг кто-то подслушивает?
- Где? Здесь? Над этой планетой?