Облегченно выдохнув, Норра шагает в проход. В нос ей снова ударяет запах древности, пыли и плесени - запах раздавленного в ладони комка земли или сухого рассыпающегося мха.
Ее окружают старые каменные стены. Норра много лет прожила в Мирре и знает, что под городом тянутся древние катакомбы - наследие незапамятных времен. О них ходит множество слухов - что это храм для обучения джедаев, ловушка ситхов, древние жилища первобытных уугтинов, рассадник склизких хаттов. Немало историй о тех, кто пропал там навсегда, сожранный ранкорами, провалившийся в бездонную яму, похищенный уугтинами и ставший одним из них. Встречаются даже рассказы о якобы обитающих там призраках.
Она прекрасно знает все эти байки.
Норра, однако, и понятия не имела, что старые катакомбы соединяются прямо с ее проклятым домом. Что бы это могло значить?
Она делает шаг и с трудом удерживается от крика.
Прямо перед ней в небольшой нише сидит Теммин, лицо которого освещает голубоватый отблеск голоэкрана маленького компьютера. На нем - карта. Теммин быстро оборачивается, и экран гаснет. Шмыгнув носом, он протирает глаза тыльной стороной ладони и высоко поднимает голову, словно пытаясь скрыть, что он только что плакал.
- Извини, - говорит Норра.
- Угу. И ты тоже.
Он берет ее протянутую руку, и Норра слегка сжимает его пальцы.
- Я не знала... про это.
Он оглядывается по сторонам.
- Про катакомбы? Угу. Несколько лет назад я раздобыл карту. Подземелье соединяется с многими домами, особенно здесь, на Чензайском холме.
- Я разговаривала с твоими тетушками.
- И что?
- Они говорят, что ты у них даже не появляешься.
Теммин откашливается:
- Нет. Теперь я живу здесь. Я ни от кого не завишу. - Он вздыхает. - Собираешься их навестить, пока ты здесь?
- Нет.
- Я так и думал.
Норра ощущает невольную злость - не на Теммина, но на тех самых двух тетушек. На свою сестру Эсмелль и ее жену Шайрин. Она понимает, что это не их вина, но все равно злится. Они не сумели справиться с Теммином, и вот он здесь. Теперь у него своя лавка и своя жизнь. Только его едва не убили... кто? Местные уголовники. Бандиты. Головорезы.
- Я с ними говорила. Они не хотят покидать Акиву. Они тут прижились, и я не вправе их винить.
Теммин встает. На лице его недоверчивая язвительная усмешка.
- Покидать Акиву? В каком смысле?
- Теммин, - Норра крепче сжимает его руку, - я ведь именно за этим сюда и прилетела - чтобы тебя забрать. Нам нужно улетать отсюда.
- Улететь? Ни за что. Здесь моя жизнь. Здесь моя лавка. Здесь мой дом. Ты с ума сошла, если решила, будто я готов все бросить.
- Послушай. Тут что-то намечается. Империя повержена, но не уничтожена. Город кишит штурмовиками. Им-перцы уже здесь. Они установили блокаду и отключили связь.
Теммин хмурится. Он что, об этом не знал? Вероятно, как и большинство жителей Мирры - хотя рано или поздно они все равно догадаются.
- Не важно. Я веду дела кое с кем из имперцев, про-даю им товар. И мне плевать, что тут творится. А ты лети и спасай своего... друга. Веджи, или как его там.
- Веджа.
- Как скажешь.