— Ты пока ходил, он мамочку в попу отшпилил. Во-о-от! Вижу положительную реакцию. Сейчас я её сюда позову.
— Пусть сначала покакает.
— Точно! Вот у нас тут клизма. Иди пока настраивайся.
Я сказал маме и Нике что их зовёт Вера.
— Надо сюда квас и медовый сбитень носить. От чая в желудке булькатит. — сказал отец.
— Сбитень однажды пил. Да, хороший напиток. Надо будет сказать женщинам пусть сделают. — чуть помолчав, я спросил: — А ты после того как отвезёшь товар, сможешь металлолом отвести?
— Конечно, сынок. Даже может завтра погрузим. Там груза всего пол фуры. Мы ведь его попутным ходом взяли. Досками огородим металл от груза. Как раз по маршруту находится Челябинск, там найду куда сдать. Эх! Сынок, нравишься ты мне своим хозяйским подходом.
— Ты мне тоже приятен. Сам воспитал девочек. Уважаю.
Через предбанник прошла Ника. Голышом вышла во двор. Вернулась. Бросив озорной взгляд на нас, вошла в парилку. Оттуда уже раздавались стоны моей жены. Мы не выдержали — зашли туда же. Вера стояла на на нижней полке на выпрямленных ногах, сильно их расставив в стороны, наклонив туловище ко второй, выпятила попку. Мама облизывала ей анус и губки. Ника опять заполняла кишечник водой из кружки Эсмарха.
Отец начал ласкать промежность мамочки. Ника потащила меня в предбанник.
— Жди, я щас.
Я зачерпнул мёд, обмазал им головку. Ника вернулась быстро, легла грудью на стол, растянула ягодицы. Мне осталось только проверить пальцем расслабленность ануса.
Сказав: «Всё! Меня в эту дырочку пока нельзя!», из парилки вышла Вера. Глянула как я пристраиваюсь к анусу сестры, подошла, погладила её по сиськам, потрогала влагу во влагалище. Отодвинула меня, присев начала слизывать секрет межножья. Ника ещё выше приподнялась на пальцах ног, тем самым максимально оттопырив круп.
— Вкусненькая! — Вера облизала губы. — Давай теперь ты.
Я тоже присел, начал лизать промежность Ники. Да, чем-то вкусненьким отдаёт слизь.
Из парилки вышли родители. Встали по другую сторону стола. Мама погладила расплющенную грудь Ники. Отец стоял апатично.
— Пашенька, я уже изнемогла… Давай.
Вера вставила один палец, мама с другой стороны Никиного ануса второй, растянули сфинктер основательно. Так что мой лингам вошёл сразу до упора. Пальцы убраны, мне ничто не мешает таранить попку девушки. Поочерёдно меня поцеловали мама и супруга. А Ника принялась мастурбировать отцу. Придвинув тело к краю, начала сосать родной член. Он набухал на глазах, Ника уже давилась им, не забывая подмахивать мне. Верочка повалила маму на диван. Оттопыренная попочка сверкала анусом, из влагалища торчала нитка тампона. Я, трахая членом сестрёнку, пальцем трахал анус Верочки. И кончил я тоже первым — сказывалась необычность ситуации.
— Эх, надо было в письку. — сказала Ника, освободив член отца.
Он обошёл стол, вошёл в разработанный анус.
Я обошёл их, сел на диван, у головы мамы. Начал ласкать её грудь. Она перехватила мой палец, принялась его сосать. Вера третировала её влагалище и анус пальцами.
В помещении сильно пахло нашими потными телами, фекальным амбре. Перевернувшись на живот, мамочка взялась за оживление моего члена, сейчас выглядевшего как отваренная сосиска. Вера тоже обежала стол, на котором Ника, мотая головой доходила до точки невозврата, припала к пенису. Обоюдными усилиями сосиска перевоплотилась в то существо которое лишило невинности два ануса и влагалище.
Мамино влагалище с радостным пуканьем впустило его в себя. Вера, сказала, что пошла готовить ужин, предупредив, чтобы её супруга оставили для неё хотя бы полуживым. Смыла пот в парилке, вытерлась. Накинув на голое тельце платье, сунула ножки в туфли.
Отец пожалел Нику, которая просила быстрее закончить. Мамина задумка оказалась потрясающей — она уложила меня на спину, села влагалищем на пенис, взглянув на отца подала намёк, что её можно взять в задний проход. Он и закончил первым. Мама тоже устала, слезла с меня. Её место заняла Ника.
Сказав: «Такая, позиция не очень подходит для зачатия. Ложись под него!», — мама и отец задрали ноги Ники к потолку, открыв «Чёрную дыру», куда гравитация притягивает все тела. И затянула ведь. Ещё как затянула — влагалище упивалось моим семенем, всасывало его из самых запасников организма.
— Пап, у тебя встанет? Хотя бы через неделю? — спросил я, когда женщины пошли подмываться.
— Такое же ощущение, сынок.
Ника вышла первой. Оделась также как Вера, исчезла в проёме двери. Мама вышла, отёрлась полотенцем.
— Мужчины вы в состоянии омыться?
— Если скажем, что не в состоянии, понесёшь в парилку? — у него ещё осталось сил шутить.