Когда все поставлено на карту: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я никогда не делал из этого секрета.

— Да, и если бы это было все, что Совет имеет против тебя, этого явно не хватило бы, чтобы тебя осудить. Нет, чертовски сильной уликой является принадлежащий тебе нож, который торчал из сердца этого сукина сына. Вот на этом нам теперь и следует сосредоточиться. — Джос старалась придать своему голосу побольше оптимизма, хотя оба они знали, что все обстоит очень скверно.

— Послушай, — ей удалась лишь вымученная улыбка, — не знаю, как ты, а мне, чтобы как следует все обмозговать, необходимо принять душ и выспаться. Скоро уже рассвет, так что едем прямо в отель.

Она уверенно вела машину, и он позволил себе обнять ее за плечо:

— Все, что ты можешь сделать, Джос, — это попробовать. Мы оба знаем: никто не может поручиться, что тебе удастся снять с меня обвинения.

Она и не спорила.

Двадцать минут спустя он уже сидел в номере отеля, а Джос принимала душ. Он не спускал глаз с двери ванной комнаты, терзаясь вопросом, не желала ли она разделить с ним душевую, а если да, то каковы его шансы на то, что она разделит с ним и постель. Вампир никогда не оставляет надежды!

Кроме того, он боролся с искушением проверить эффективность ножных браслетов. Может быть, это только его жизнь под угрозой, и если он убежит, то не причинит Джос никакого вреда? Подумав, он решил, что в данный момент разумнее всего будет расслабиться и наслаждаться относительной свободой в номере отеля. Обстановка здесь, возможно, излишне простовата, но по сравнению с тюремной камерой — райский уголок.

Звук ударов сердца в коридоре отеля предшествовал громкому стуку в дверь. Рафферти рывком распахнул дверь и увидел, как некто в форме служащего отеля протягивает ему фирменную коробку из магазина.

— Э… Одежда, что вы заказывали, сэр.

В том, что молодой человек, обращаясь к вампиру, заметно нервничал, не было ничего удивительного, однако Рафферти он сразу здорово поднял настроение.

— Где мне расписаться?

Рассыльный протянул квитанцию. После того как Рафферти нацарапал свое имя на клочке бумаги, парень впихнул ему в руки коробку и опрометью бросился бежать по коридору. Рафферти, конечно, мог бы ему напомнить, что, оказавшись напротив известного хищника, самая худшая вещь — это пуститься от него наутек. Но, вместо преследования, вампир настроился на добычу, которая интересовала его несравненно больше и уже собиралась выходить из душа. Обнаженная и влажная, Джос была куда более ему по вкусу.

Лишь то обстоятельство, что от него все еще несло тюремным смрадом, удерживало его, чтобы не наброситься на нее прямо в ванной. Нет, он сначала отмоется как следует, а уж потом сделает свой ход. Они располагали очень ограниченным временем, чтобы вывести Петру на чистую воду и снять с него обвинения. Очень может быть, что у них ничего не выйдет, и он не собирался упускать этот свой последний шанс переспать с Джослин. Возможно, он получит от нее под зад даже за попытку приблизиться, но ведь стоит попробовать!

Дверь в ванную отворилась, и оттуда, как из облака пара, выступила Джос: вся распаренная, с порозовевшей кожей, вытирая махровым полотенцем все еще мокрые волосы. Сердце у нее билось гораздо чаще, чем можно было судить по невозмутимому выражению ее лица.

— Твоя очередь, — улыбнулась она ему. — Я даже специально оставила тебе горячей воды побольше…

Горячая, холодная — какая разница! Он сорвал с себя тюремную робу и со злостью швырнул ее в мусорный бак. Вывернув рычаг смесителя в душе до предела, он встал под мощные струи воды, отмывая въевшуюся тюремную грязь со своего тела. Он мог бы стоять так часами, млея от приятного водного массажа, но не хотел давать Джос время, чтобы вновь возвести неприступную стену между ними.

Обтеревшись насухо, он бросил взгляд на свою новую одежду и тут же решил: легче начать приступ, если на нем только полотенца да плотоядная улыбка. Как настоящий вампир, он, подойдя к зеркалу, постарался придать своему лицу более привлекательное выражение. Но стоило ли расходовать силы, которые можно потратить с большей пользой?

Джос ведь уже видела его в несравненно более худшем состоянии, чем сейчас, и не убежала от него в ужасе. Это еще, конечно, не означает, что она уже готова упасть в его объятия. Она, наверное, хочет его не меньше, чем он ее, но невероятное чувство долга может помешать им соединиться. Она, вероятно, попробует устоять перед его обаянием, однако в этом случае ей придется вести сражение на два фронта — подавлять не только его влечение к ней, но и свое собственное!

Тем не менее она — женщина-воительница и, без сомнения, использует в этом противостоянии всю свою силу и страсть! Занятно будет посмотреть, кто из них окажется сверху, когда он наконец затащит ее в постель. Но сейчас не время задаваться такими вопросами. Он потянулся к дверной ручке и приготовился к битве…

Рафферти должен уже скоро выйти. От Джослин не укрылся хищный блеск в его глазах. Не отрывая глаз от двери, она разрывалась между желанием выхватить оружие, чтобы не дать ему приблизиться, и безотчетным порывом сорвать с себя одежду, чтобы им обоим не терять понапрасну время. Это безрассудство стоило совершить хотя бы для того, чтобы увидеть его реакцию. Она, конечно, потеряет работу, если поддастся искушению, но ведь с ее карьерой теперь было покончено в любом случае. Если ей придется исполнить этот приговор, она уже не сможет жить как прежде. Если же этого удастся как-то избежать, она твердо решила никогда уже больше не отпускать его от себя.

А если она не в силах удовлетворить желание Совета, то почему бы ей не подумать об удовлетворении своих собственных желаний?

Она через голову стянула с себя рубашку. Следом упали брюки, оставляя на ней лишь форменное белье. Вообще, она не слишком любила тонкие кружева, но в данный момент почувствовала легкое сожаление из-за их отсутствия. Впрочем, зная Рафферти, можно было не сомневаться, что продержалось бы белье на ней совсем недолго.

Следует ли ей прямо сейчас растянуться на постели, или лучше подождать, пока он сам подойдет к ней? Определенно второе. Дверь отворилась. От напряженного ожидания, когда Рафферти наконец ее заметит, перехватило дыхание. Ждать пришлось недолго.

Полотенце, обмотанное вокруг его бедер, едва ли могло скрыть обстоятельство, неопровержимо доказывающее, что мысли их движутся в одном направлении. Блеснули белые клыки… Своим мягким, пружинистым шагом Рафферти направился к ней. Да, эта ночь обещала стать чем-то незабываемым!

Он подошел к ней почти вплотную:

— Я думал, мне придется уговаривать…

Чуть заметная нерешительность в его взгляде уничтожила последние ее сомнения:

— Возможно, мы…

Он нежно поднес палец к ее губам: