— Я буду в порядке, правда. Я имею в виду, когда я с ним порвала?
— Приблизительно два месяца назад, — сказала Анна. Первое убийство произошло примерно в тоже время.
— Это было давно. Все будет хорошо, — сказала я. Они не выглядели убежденными, и кто может их в этом винить, после прочтения этого письма? — Иди, — настаивала я.
Оглянувшись напоследок через плечо, Девон поплелся в свой класс.
Анна и я заняли свои места, и тишина повисла в комнате. Она начала скрежетать по моим нервам. Я подарила всем улыбку, показывая им, что я действительно жива. Чтобы они поняли, что я знаю, что они таращатся, и перестали.
Как будто если бы кто-то крикнул команду «Мотор!», девушки собрались вокруг моего стола и парни медленно последовали за ними.
Высокая, тонкая, как палка девушка заговорила первой.
— Мы так счастливы, что ты вернулась, Мэдисон. Говорили, что ты была тяжело ранена, — она сделала паузу, как будто думала, что я возражу ей.
— Мы все очень беспокоились. Полиция опрашивала нас после случившегося, — добавила брюнетка. Она выглядела смутно знакомой; я думала, что ее имя возможно Стейси.
— Это невероятно, как ты быстро выздоровела, — сказала Палка. Ее взгляд был нетерпеливым и любопытным. Они не пришли приветствовать меня с возвращением. Они пришли, чтобы собрать пищу для сплетен. Я заставила себя сосредоточиться на их руках (они дергались?), языке их тела (они были напряжены или потели больше, чем обычно?) и их выражениях на лице (были они слишком сочувственными, слишком добрыми, как будто хотели компенсировать отсутствие реальных эмоций?). Я отбросила информацию. Мой взгляд бросился к людям, которые остались на своих стульях. Они изображали незаинтересованность для того, чтобы казаться невинными?
Некоторые люди шептались. Один парень со светлыми волосами, бледной кожей, узким лицом и худым телом держал голову опущенной. Я не могла видеть его рук, но его плечи были прижаты к ушам, будто он надеялся исчезнуть со своего места.
Другая девушка коснулась моего плеча.
— Все еще болит? — она указала на мое горло, и парень стоящий рядом с ней, толкнул ее. Какой глупый вопрос. Я покачала головой.
— Ты помнишь что-нибудь? — спросила девушка, что подкралась позади Палки. Ее волосы были темны, как уголь и такими же были ее глаза. Вдруг все, казалось, затаили дыхание. Анна издала звук, напомнивший мне рычание.
— Заткнись, Фрэнни.
Девушка вздрогнула, прежде чем прищурится.
Миссис Колман, учительница биологии, выбрала этот момент, чтобы войти в комнату, как и несколько опоздавших учеников, которые плелись позади нее; все разбрелись по своим местам. Она перевела свой взгляд на меня и кратко кивнула, прежде чем обратить внимание на книги, которые положила на свой стол.
— Вау, какое приветствие, — сказала я, затаив дыхание. Анна пожала плечами.
— Люди хотят знать правду. Газеты сообщают об убийствах в течение недель и всем страшно. Ты — единственная жертва, которая выжила и люди составляют собственные теории о том, как ты вернулась из мертвых.
— Я не была мертва, — ответила я.
Взгляд Анны смягчился.
— Нет, но была такой неподвижной. Я была там один раз, в больнице. Ты выглядела такой… безжизненной.
Я помнила, как выглядела Мэдисон. Такой маленькой на больничной койке, такой потерянной.
Я улыбнулась ей.
— Я вернулась.
Миссис Колман прочистила горло, внешне вытянувшись раза в два больше, чем ее рост — который был небольшим — пока каждый взгляд не сосредоточился на ней.
— Теория эволюции Дарвина.
Я подавила стон. Эволюция была последней вещью, о которой я бы хотела слушать, особенно учитывая, что многие люди знали неправду. Они никогда не изучали природные ошибки или как бы вы хотели назвать существование таких людей, как я или Алек, или Кейт. Иных.
Говоря об Алеке. Где он, черт возьми? Я думала, что он должен приехать сегодня в школу и знала, что у него биология со мной — я сравнила наше расписание заранее. Сумел ли Алек каким-то образом ускользнуть от этого? Если так, мне придется серьезно поговорить с Майором. Было несправедливо, что я должна была страдать в старшей школе пока он занимается бог знает чем. Наверное, сексом по телефону с Кейт. Мне стало не по себе от этой мысли.
Стук в дверь прервал пресное введение миссис Колман о Чарльзе Дарвине. С колким взглядом, который бы заставил меня корчиться от стыда, если бы я уже не привыкла к взгляду Майора, она повернулась к двери. Зашел Алек — рослый, мускулистый, каждый его дюйм кричал о самоуверенности. Ярость мгновенно исчезла с лица миссис Колман. Она прищурилась, и серые глаза Алека выдержали ее взгляд. Пропала.