— Вот уж верно, — сказал Негубка, улыбаясь, — как бы не намял тебе Митяй мой бока.
— Да что с того пользы? По душе мне Аринка, как Митяю ее уступлю?
— Не меня ли в сваты зовешь?
— Митяй уж просватан…
— Чего нет, крестом не свяжешь, — сказал Негубка. — Но вот тебе мое слово: ни за что не допустит Некрас, чтобы дочь его с тобою в церкви венчали.
— Убегу я с нею…
— Сыщут. Да и Аринка не такова, чтобы на чистое небушко променять отцову надежную крышу.
Не щадил паробка Негубка, хоть и видел, как клонится под тяжестью его слов Мистишина голова.
— Не на радость тебе Аринка, помяни старика. А как быть, не знаю. Никто этого не знает.
Долго молчал Мистиша. Все молчали.
Крив достал из-под лавки свою суму, кожушок на себя напялил, сунул за пазуху рукавицы.
— Пойдем, — сказал он Мистише. — Я с тобою. А тебе, Негубка, сеть-то другие довяжут. Ты уж прости.
— И вы простите, люди добрые, — сказал купец. — Ежели что не так, не взыщите.
Когда съезжали они со двора, почудилось Мистише, будто отпрянула чья-то тень от крыльца. Верно, Митяй это был.
Весела встреча, не весело расставание. Дороги к избе не приставишь, того, что было, не вернешь.
Решил Мистиша твердо возвращаться в Триполь к боярину своему Стонегу.
Недолго пожил Звездан во Владимире со своей Олисавой, недолго наслаждался домашним теплом и покоем.
В один из дней, когда ударили вдруг жгучие холода, постучал в ворота усадьбы князев гонец: звал к себе Всеволод дружинника на большой совет.
— Ой, не ко добру это, — запричитала Олисава. — Неспроста кличет тебя князь: чую я — не успели встретиться и уж расставаться пора.
И верно. Сказал Всеволод Звездану:
— Ступай обратно в Новгород. Святославу поклон от меня и от матушки, а Лазарю слово мое княжеское передашь. Говорил-де Всеволод, что о проделках твоих ему ведомо и о сговоре твоем с Михаилом Степановичем тож. Но бог грешников миловал и нам завещал. И потому тако наказывает князь: как и прежде, водись с новым посадником, дары от него принимай, однако же доноси нам о каждом шаге Михаила Степановича. Остальное, мол, дело не твое, и, ежели исполнишь все, как велено, Всеволод забудет прошлое. А не исполнишь, сам на себя пеняй.
Думая о неприметном, но надежном попутчике, Звездан почему-то сразу вспомнил Мистишу. И прямо с княжеского двора отправился к Негубке.
— Не живет у меня больше Мистиша, — отвечал ему купец. — Съехал он на купецкое подворье. Но смекаю я, что нынче и там его нет: говорил мне паробок, будто хощет возвернуться в Триполь. И Крив тоже с ним.
— По боярину своему, что ль, соскучился? — усмехнулся Звездан, догадываясь, что неспроста распрощался Негубка с паробком. Ведь недавно еще собирался Мистиша зиму переждать во Владимире.
Не стал вдаваться в подробности купец.
— У молодых нрав переменчивый. Не все в толк да в пору, кто в мыслях у них прочтет? А ты поспешай, Звездан, может, еще и не поздно, — сказал он.
Повезло дружиннику. На купецком подворье застал он Мистишу.
Удивился тот приходу дружинника.
— Слыхал я, — сказал Звездан, — будто в Триполь хощешь ты возвращаться еще до весны?
— Была такая задумка, — ответил Мистиша.