Жизнь наверху: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Превосходно,— сказал он.— Мы с мистером Лэмптоном вспоминали сейчас былое.— Он хмыкнул.— Я ведь его давно знаю, понимаешь? Он разъезжает по Уорли в большом белом автомобиле. Но он меня не знает тем не менее. Я его вижу, но он меня не видит. Он живет наверху…

— Там пришла твоя приятельница,— довольно холодно прервала его Джин.

— Мой приятель — мистер Лэмптон. Все знают мистера Лэмптона. Он напоминает мне мой дорогой старый Уорли. Мой бесценный Уорли, мой миленький Уорли коттэджей и особняков. Я, знаете ли, бываю время от времени в Уорли. Моя матушка живет на Тибат-стрит. В самом низу…

Пухленькая ручка легла на его плечо. Он обернулся.

— Джуди, сокровище мое! Я весь вечер тосковал по тебе! — Обхватив ее рукой за талию, он отодвинул ее от себя.— Черт побери, ты выглядишь ослепительно. Я собираюсь монополизировать тебя, полностью монополизировать.— Он повел ее к длинному столу неподалеку от магнитофона.— Ты выглядишь ослепительно,— донеслось до меня снова. Затем он шепнул ей что-то на ухо, и она рассмеялась счастливым смехом. На какую-то секунду она стала казаться моложе его. Потом ее лицо снова постарело, и на нем снова проступило алчное выражение.

— Он работает в рекламном агентстве,— сказала Джин.

Я поморщился.

— Не будьте скотиной,— сказала Джин.— Это не ваш стиль, мой дорогой, совсем не ваш стиль.

— Разве это я был скотиной? — сказал я.— Кто он такой, кстати? Он меня знает, но будь я проклят, если я знаю его.

— Вы в самом деле не знаете его? — Она как будто не поверила мне.

— Если он из Уорли, я мог видеть его где-нибудь.

— Его фамилия Келстедж.

— Я где-то ее слышал. Давно.

— Неужели Сьюзен никогда не говорила вам о нем? — Она улыбнулась довольно лукаво.

— Договаривайте,— сказал я.— Выкладывайте все. Говорят, муж всегда узнает последним…

Она рассмеялась.

— Вы хотите сказать, что Джефф… Да он почти не бывает в Уорли. Нет, это старая история. Это пламя давно угасло.

Теперь что-то стало всплывать в моей памяти. Был какой-то клерк, которого мой тесть выжил из города. Но этот, скорее всего, сбежал сам.

— Вероятно, он и рассказал вам всю эту историю? — заметил я.

— Он никогда об этом не говорит.

— И Сьюзен тоже,— сказал я.— Ничего серьезного не было — детская влюбленность.

Но Сьюзен смотрела на это иначе. Так сказал ее отец много лет назад, когда мы с ней еще не были женаты и когда мое общественное положение мало чем отличалось от положения Джеффа Келстеджа. Как же относилась к этому она? Говорила ли она со мной когда-нибудь об этом? Если вы десять лет живете с женщиной, между вами остается мало недосказанного. Мне припомнился тот вечер, когда Сьюзен выкрикнула мне в лицо, что Джек Уэйлс в тысячу раз больше мужчина, чем я, и, видит бог, как жалеет она теперь, что не вышла за него замуж. И еще мне припомнилась — так, когда тащишь из воды бредень, он поднимает со дна ржавые консервные банки, старые башмаки и прочую рухлядь — вечеринка, на которой Сьюзен познакомили с уорлийской театральной знаменитостью — Адамом Лорингом, только что вернувшимся из поездки в Америку, и как она восклицала тогда, слишком громко и слишком восторженно, что ей ужасно хотелось бы знать, что должна испытывать женщина, став его женой. Но чтобы она упоминала о Джеффе Келстедже, этого я никак не мог припомнить, а мне почему-то казалось это важным, и я напряженно смотрел на него, сдвинув брови.

— Не обращайте на него внимания, дорогой,— сказала Джин.— Он, в сущности, приятель Джеки, а не мой. А она у нас пригревает, так сказать, всех калечных и бездомных собачек.— Она придвинулась ко мне ближе.— Вы еще не сказали мне, как нравится вам наша квартира.

— Здесь очень уютно,— сказал я.

— Эта комната называется у нас студией,— сказала она.— Она нескладная по форме и слишком большая, но если вы назовете комнату студией, это избавляет вас от необходимости ее обставлять. Этот гарнитур и кушетка несколько громоздки, но я получила их от папы с мамой. А стены мы с Джеки покрасили сами клеевой краской.— Она взглянула на мой пустой бокал.— Хотите еще, Джо?

— Немного погодя,— сказал я.

Меня охватило чувство разочарования: вот я на вечеринке в одной из богемных квартирок Лондона и не испытываю, однако, никаких новых ощущений. Я сижу в комнате, довольно скудно обставленной какой-то разнокалиберной мебелью, с плохо покрашенными розовой клеевой краской стенами, и беседую с хорошенькой девушкой, которая, между прочим, актриса. Вот, собственно, и все.

Джефф и Джуди отошли в угол. Он все еще что-то нашептывал ей на ухо. Потом погладил ее обнаженное плечо, и лицо ее поглупело от удовольствия. Мне почему-то стало его жалко, словно не он старался использовать ее в своих целях, а она его. Но какое мне до всего этого дело и почему может это меня интересовать?

— Право, вам нужно выпить еще,— сказала Джин.— Пойдемте, милый. А потом присоединимся к остальным и будем развлекаться.

Тремя часами позже я все еще продолжал развлекаться. Я больше уже не подсчитывал танцующих пар и не пытался запомнить их имена.