— А куда те двое делись? — сжав левой рукой нижнюю челюсть, чтобы сдержать невольный стук зубов, спросил Гномик.
— А я не знаю, — ответил Ромка. — Я как увидел, сразу шепчу Барсу: «Егор! Егор!», и он вниз меня по склону потащил. Я раз пять упал… Это у тебя, Гномик, зубы чечотку отбивают?
— Это чисто нер-рвное, — еле проговорил Гномик, дрожа всем телом.
Барс стоял настороженный, поглядывая то вверх, то на Егора. Топс испуганно сопел.
— Ребята, что же мы? Это же другие парашютисты летят! — встрепенулся Егор. — Если тех упустили, так хоть этих попробуем задержать. Пошли! За мной! — И он, схватив Барса за ошейник, приказал: — Парашютист… парашютист… ищи!
Пес поднял голову на шум мотора, прислушался и потянул Егора, державшего поводок, в сторону яблоневого леса.
За ним, стараясь держаться поближе друг к другу, побежали ребята.
— Гномик, а петли взял? — спросил Егор.
— Какие петли? — удивился Гномик.
— Как «какие»! — рассердился Егор, останавливаясь. — А те веревки с петлями, что надевать на руки парашютисту!
Гномик молчал.
— Ну, как мы тогда практиковались в избушке… Ты их сунул в карман рюкзака.
— Они там, — подтвердил Гномик.
— Беги! — строго сказал Егор.
— Один?
— Конечно!
Гномик помчался к шалашу.
— Только не уходите без меня! — крикнул он на бегу. Прибежал он очень скоро и дальше шел, осторожно держась рукой за край гимнастерки Егора, «чтобы не отстать».
Вскоре шум самолета затих.
II
Барс вывел ребят на опушку и остановился, подняв голову к небу. Было не очень темно. Повидимому, тучи поредели, и кое-где пробивался лунный свет. Черными глыбами темнели силуэты одиноких деревьев.
Вдруг Барс сдержанно зарычал, рванулся вправо, в лес. За ним, не выпуская ремешка из рук, еле поспевал Егор. Ребята старались не отставать, но все время натыкались на стволы, и ветки били их по лицу. Приходилось бежать, вытянув вперед руки, чтобы защитить глаза.
Внезапно Барс свернул влево. Он рвался вперед и хрипел, да и ребята дышали слишком шумно, как загнанные кони.
Барс остановился, Егор с разбегу упал через него, но сразу же вскочил. Пес приподнялся на задних лапах, потом опустился и стал вертеться во все стороны.
— Потерял! — с досадой сказал Ромка.
— Ищи! Ищи! — шептал Егор. — Ведь прошло всего несколько минут, они где-то здесь.
Опять потемнело, а потом посветлело. Барс рванулся влево, к деревьям. Где-то вверху раздался шелест, треск разрываемой материи; что-то большое, ломая сучья, зашумело по веткам вниз, и перед ребятами невысоко над землей повисло что-то темное. Барс рванулся, и Егор не смог его удержать. Раздался сдержанный человеческий крик, шум борьбы. Темное пятно оказалось человеком. Парашютист неудачно опустился на дерево, застрял в его ветвях и, запутавшись в стропах парашюта, повис над самой землей.
— Хватай парашютиста! — не своим голосом заорал Егор и, расставив руки, налетел на барахтающегося человека.
Егор протянул руки вверх, рассчитывая схватить парашютиста за горло, но это оказалась не голова, а сапог, запутавшийся в стропе. Егор не видел, что делают другие, но в ту же секунду кто-то дернул его за ногу так, что Егор со всего размаху ударился спиной о землю, а головой — о ствол дерева.
Ромка, Топс и Гномик облепили парашютиста со всех сторон, стараясь схватить его за руки, но это оказались ноги; когда же хватали за ноги, то натыкались на руки. Все это привело их в замешательство. Вскоре Барсу удалось схватить парашютиста за правую руку.