Серая стена: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Неожиданно речь Александра прервал нож, погнувшийся о его бедро. Нож сжимала рука Димы. Пока учитель говорил, ученик восстанавливал тело и готовился ударить. И сейчас, увидев провал своей последней попытки, приготовился к худшему...

Но худшего не последовало. Библиотекарь в задумчивости стоял, глядя на штык-нож от АКМ, безнадёжно испорченный о его непрошибаемую плоть и размышлял о чем-то своем. Толи вспоминал прошлое, толи обдумывал настоящее. Наконец он аккуратно, даже не повредив запястье, вывернул нож из руки Дмитрия.

- Очень интересно. Видя тщету своих потуг, осознавая поражение и терзаясь ранами, ты не отдался своей боли и отчаянию, но предпочел бороться до конца. Дмитрий Михеев, которого я знаю, на такое не способен, но возможно, я знаю Дмитрия Михеева не достаточно хорошо.... Я не учил тебя драться до последнего!

- А ты здесь и не причем, садист самовлюблённый! Этому меня учил мой отец. Живой человек, не убежавший от трудностей жизни в депрессивную сказку о войне! Он встречал все дерьмо этого мира с высоко поднятой головой и скорее умер бы, сражаясь, чем стал бы пресмыкаться перед тобой и такими как ты! Перед вашей надуманной мудростью, фальшивым величием и извращённой справедливостью!

- Неплохо, друг мой.

Улыбнулся Библиотекарь.

- Именно такие мысли и действия делают людей Вознёсшимися. Потому, что возносят их над всеми даманами нашей Империи. Ступай, сегодня ты прекрасно справился с поставленной задачей!

Когда измученный, но в душе довольный собой человек, покинул импровизированный ринг, девиата, остававшийся до этого безмолвным свидетелем, наконец, нарушил молчанье.

- Ты что-то темнишь, Библиотекарь! Не всякое великое дело усиливает душу, не всякое вознесение абсолютно, и что важнее, постоянно! И уж тем более, с каких это пор Библиотекари, будучи тоже даманми, стали ниже Вознесшихся? Разве не говориться в священных текстах Праха и трактатах Селена о том, что...

- Помолчи, рыцарь восьмого ранга Даниил! Не беспокойся о моем языке и разуме - я говорю ТО, что угодно Истине и ТОГДА, когда угодно!

С этими словами Александр исчез, построив почти невидимый портал. А Даниил ещё долго стоял в этом дворе и его акулья пасть кривилась в многозначительной усмешке...

Глава 16. Цитадель Света.

Город буквально бурлил, до краев наполненный любопытством и тревогой. Ещё бы! Суд над еретиком высочайшего ранга, предателем императора и Всеединого, привезённым прямиком в столицу под конвоем нескольких сотен высших офицеров Инквизиции! Да такое не каждый век случается! Вдоль широкого проспекта имени императора Нарогалеота Второго, ведущего от Больших Юго-Западных ворот ко дворцу заранее собралась неисчислимая толпа. В городе по недавней переписи обитало около 32 миллионов людей и по меньшей мере каждый пятый от этого количества сейчас теснился вдоль многокилометровой улицы. Как это обычно водится у простонародья, грядущее событие обрастало бредовыми подробностями, которые в виде слухов курсировали по толпе. Шептались, что граф Фесет не только еретик и колдун, но ещё и совершал столь мерзкие и запретные вещи, что стал уродливым демоном. Что у него теперь рога, хвост, и третья рука, растущая прямо из причинного места. Что он отравляет воздух своим дыханием, а его взгляд убивает слабых и будит грешные мысли в умах неподготовленных. Кое-где эти разговоры привели к панике, дракам и нелегальной торговле поддельными оберегами от демонических сил. Со всем этим полиция неплохо справлялась. Драчунов разнимали, торговцев и болтунов, распускавших слухи, тащили по участкам. Истинная проблема была в другом. И занимались ею не досужие простолюдины или несведущие полицейские, а специалисты Генштаба, Инквизиции и Министерства Безопасности Империи - подлинные профессионалы.

Что-то со всем этим инцидентом было не так. Никогда ещё сановник и слуга Императора столь высокого ранга не предавал страну. По крайней мере, такого не было со времен установления в Акране духовной власти церкви Всеединого. Грызня за власть, интриги, восстания и междоусобицы - все это было в истории Империи в изрядном количестве. Но стоило на границах появиться чужакам - люди тут же объединялись, чтобы дать отпор. Все понимали, что от этого зависит судьба всей человеческой расы. Это понимание выработалось в течение всей истории людей, и было у них в крови. Сейчас же, чтобы противостоять набирающему силы Хаосу, люди приняли Свет. Свет теперь был символом их единства, нарушать его законы и запреты значило идти против своего народа. И вот нашёлся человек, готовый пойти на столь страшное преступление, да не простой человек - ГРАФ ИМПЕРИИ! Неслыханно и беспрецедентно...

Также вызывали сомнения обстоятельства и причины задержания Райена Леруа. Ограничения, наложенные на его полномочия, свободу перевижения, арест, наложенный на имущество, запрет научных изысканий... Всё это, по слухам, сильно подкосило его. Последние несколько лет он тише воды и ниже травы сидел под надзором приставленных к нему инквизиторов. И тут на тебе - ни с того ни с сего вызвал главу инквизиторов генерал-полковника Васелина Рафа на поединок за право управлять графством! Традиция таких ритуальных дуэлей между аристократами в споре за землю, сердце дамы, или поруганную честь, являлась пережитком дремучего феодального прошлого людей. Она была настолько древней и священной, что даже охватившие страну реформы за несколько столетий так до неё и не добрались. Убийство в таком бою до сих пор не считалось преступлением, чем граф и решил воспользоваться. И все бы хорошо, если бы не мааааленький нюанс. В ходе сражения, когда преимущество было явно на стороне Рафа, и жизнь Леруа повисла на волоске, он, чтобы переломить ход боя, применил заклятие из арсенала демонопоклонников. И если бы наблюдавшие за боем инквизиторы не вмешались, на тот свет отправился бы уже Раф. А так, зафиксировав преступление против Света и Империи, ради чего их собственно сюда и направили, слуги Всеединого поспешили направить своего подопечного в столицу. На суд Анатонета Первого и Высших государственных мужей Акрана, к числу которых недавно Райен и сам принадлежал. Это было весьма странно. Даже если забыть то, что Леруа изначально произвел впечатление верного сына своего народа, совершившего непозволительное действие лишь по глупости и неосведомлённости, его вызов выглядел крайне неразумно. Ну, в самом деле, Райен не был дураком и в столице об этом знали! Пусть он, возможно, и служил на самом деле Хаосу, но зачем же так необдуманно подставляться, раскрывая себя посреди целой армии Инквизиции? Без возможности победить, или хотя бы удрать - это было слишком глупо для столь выдающейся личности! Все эти обстоятельства позволяли предположить, что графа Фесета банально подставили. Как ни прискорбно осознавать, это могли сделать и сами инквизиторы. Ради надежности или из каких-то своих политических и карьерных интересов - к сожалению, такое случиться тоже могло. Даже служители Света не всегда были чисты в своих побуждениях. Именно поэтому император был намерен заменить караул Инквизиции, конвоировавший преступника, на своих гвардейцев, когда процессия дойдет до дворца. Анатонету хотелось во всем быть справедливым правителем Империи Света. Он желал детально разобраться в этом деле до вынесения приговора. Еретик или нет, Леруа не сможет соврать в присутствии сотен владык-сановников, чья совокупная мощь превосходит его силу на порядки.

Тем временем, процессия вошла в город. Ожидавшие увидеть безобразного, ужасного демона, простолюдины были разочарованы. Внешность Райена не претерпела никаких изменений, одет он был в скромное черное облачение, полагающееся аристократу в трауре. Если вокруг него и витала некая зловещая аура, совращающая и пугающая других, её надежно запирали магические кандалы, сковывающие его руки, ноги, торс, шею и лоб. Светящиеся от избытка наложенных на них заклятий, они призваны были не ограничить подвижность, а помешать осужденному применить свои силы. Присоединенные к металлическим кольцам цепи крепко держали в руках высшие инквизиторы, ведущие своего пленника по свободной от народа гранитной мостовой проспекта. Несмотря на торжественность зрелища, это выглядело слегка забавно - Райен напоминал собаку на поводке. Сам Леруа не только не выказывал никакой агрессии, что смотрелось бы крайне глупо, но даже не пытался делать вид, что не считает себя невиновным. Он понуро плелся за своими конвоирами, его голова и плечи были грустно опущены, лицо выражало глубокую печаль. Так как толпе было особенно не на что смотреть, нечему пугаться или удивляться, она была не очень активна. Ну не кидать же, в самом деле, в еретика объедки и камни! Он ведь окружен инквизиторами! Так и в них недолго попасть, а за это и на каторгу отправить могут. Орать тоже не особенно старались, памятуя о полицейских, рассыпанных повсюду и способных принять крики за начало беспорядков. Ведь получить дубинкой по черепу никому не хотелось. Музыка так же не играла - повод был не подходящий. Зато в толпе можно было посудачить в ожидании какого-нибудь фортеля от конвоируемого виновника торжества, обсудить происходящее, последние новости, свои насущные дела... Таким образом, Райена Леруа на пути ко дворцу сопровождало гудение миллионов приглушённых голосов, как будто листья деревьев шелестели на ветру. Этот шелест множества душ гипнотизировал, погружал слышавших его почти что в транс, если они не пытались ему сопротивляться.... А гвардия императора, ожидавшая процессию там, где проспект заканчивался воротами в парк, окружавший дворец, пыталась и у неё прекрасно получалось. У этих воинов, превосходивших по своим боевым качествам даже инквизиторов, вообще мало что не получалось. Лучшие рыцари Империи, среди которых даже Райен со всеми своими талантами вряд ли бы выслужился выше майора, они поражали своей мощью и величием. Все, как на подбор, высокие, могучего телосложения, они были закованы в тяжёлые пластинчатые доспехи, которые могли носить лишь благодаря своим ментально увеличенным силам. Металлические пластины сияли от наложенных на них упрочняющих чар и позолоты. Единственное в окружающем пейзаже, что выглядело внушительнее этих воинов, было дворцом повелителей Акрана.

Это здание, если можно было считать его одним зданием, возводилось на протяжении почти пятисот лет с применением магии и усилий сотен тысяч строителей. Сотни архитекторов работали над его планами. Он был символом величия Акрана, олицетворяя собой красоту, силу и размеры этого государства. Его вершину было видно из любой точки города, хотя окраины отстояли от центра на добрых 80 километров. Еще бы - ведь его вершина возвышалась над землей более чем на 3000 метров! Сам дворец представлял собой грандиозную конусообразную башню, которую с боков для надежности подпирали 7 изогнутых дугой опор. Их фундаменты образовывали вершины звезды Всеединого, составленной из аллей парка. Сам парк был разбит в тени дворца вокруг опор дворца, отстоящих от главной башни на полтора километра. Этот символ веры был столь огромен, что даже птице пришлось бы взлететь весьма высоко, пожелай она как следует его разглядеть.

- Именем императора и Всеединого!

Молвил командир отряда гвардии, когда инквизиторы подошли вплотную.

- Мы уполномочены принять у вас еретика особой опасности Райена Викториана Леруа для дальнейшего препровождения его на Высший Имперский суд. Вы можете быть пока свободны. К вашим услугам город и все дворцовые казармы Инквизиции.

- Как это понимать?

То, что их просят удалиться, словно наемных головорезов, сделавших свое дело, искренне задевало достоинство стражей Света.

- Мы осуществляли надзор за этим пленником, мы задержали его по всем правилам и инструкциям! С каких это пор император не доверяет избранным слугам Церкви и Империи настолько, что не пускает их на порог даже по столь важному поводу?!

- Мы не уполномочены давать никаких разъяснений. Такова воля Анатонета Первого, генштаба Акрана, Верховного совета лордов-пантократоров Инквизиции и правительства Империи. Вы обязаны подчиниться ей, как верные подданные Акрана. В противном случае вы приобретёте статус изменников и мы будем вынуждены применить силу!

Над площадью, в которую выливался проспект перед Южными Дворцовыми воротами, повисла звенящая тишина. С одной стороны, инквизиторам, как аристократам и избранникам Света, было нанесено страшное и необоснованное оскорбление. С другой стороны, воле императора должны подчиняться в равной степени и высший сановник правительства и последний нищий с улицы. А потому сейчас конвоиры Райена даже посмотреть косо в направлении гвардии не имели права. Обе стороны были напряжены и агрессивно настроены, но, тем не менее, каждый сейчас искал пути избегания драки. Все понимали, что собравшиеся здесь слишком сильны. В случае начала сражения просто они просто разнесут в пыль все вокруг, а это никому не было нужно...

- Мы подчиняемся.

Наконец промолвил Васелин Раф, старший над конвоем.

- Хотя нам неясны причины происходящего и мы крайне возмущены, воля императора - закон!

- Прекрасно, господа! Рад, что вы проявили мудрость и сознательность, присущие вашему положению!

Хотя сражение и даже смерть не пугали командира отряда гвардии, он испытал изрядное облегчение, когда пропала необходимость поднимать оружие против своих же соратников в деле Света.