- Да ладно тебе беспокоиться, дай нам маленько просто добрым молодцем и красной девицей по быть.
Мал улыбнулся мило:
- Я присмотрю за всем - не беспокойтесь, и ни кому не дам тревожить вас.
- Спасибо Мал, - сказала Навна и в щёчку чмокнула его, засмеялась весело и в поле побежала.
Яросвет замешкался чуть-чуть, хлопнул дружески Мала по плечу и следом побежал. ... А Мал, как зачарованный, остался так стоять, закрыв глаза от умиления.
Навну Яросвет догнал уже далёко в поле, поймал, и повалились вместе в пахучую траву. Дышали тяжело, от бега отдыхали. Яросвет спросил, не поворачиваясь:
- Думаешь, что правильно вот так... запросто, как с братом или близким человеком?
- А я со всеми так. Ведь я душа - ты сам сказал, да и зачем нам славам светские ограниченья!
- Да-а-а-а! Нет - ты просто молодец! - приподнялся, взял её за руки, прижал к земле. - Я хочу, чтоб ты и меня поцеловала, охота шибко тоже, чтобы обняла, к земле прижала и ...целовала, целовала, целовала!
- Растаешь ведь, чё делать потом буду?
- Щас проживёшь и без меня, вон, как тебя все любят... носят на руках!.. Да и не растаю я.
- Но ведь растаял же в двадцатом веке.
- Так тож в двадцатом, да и не в двадцатом вовсе - там я появился, а растаял здесь, три года в прошлом только.
Навна ловко вывернулась из-под Яросвета, всем телом навалилась на него, смеясь беззвучно, тихо прошептала:
- Мы, как дети, даже смешно, играем и словами, и умом, и сердцем и вообще...
- И главное, что нравится нам это очень.
- Ну-у-у... может быть тебе-е-е и нравится-я, ведь ты ребёнок, есно, а я то-о... женщина - богиня даже!
Яросвет как-то даже с удивленьем посмотрел на Навну, помолчал чуть-чуть:
- Надо же?.. Богиня!.. А как баба, или девица-а какая. Не верится мне-е, что так я объманулся.
Засмеялись оба, друг друга крепко обнимая.
- Как хорошо-то! Яросвет! - встрепенулась вдруг - Обещай, любимый, что не исчезнешь больше ни когда!
- Да! Обещаю! Ни-ког-да!
Лежал поверженный под Навнушкой не шевелился. По телу где-то глубоко в душе прикосновение её волною побежало, дошло обратно и опять, и он закрыл глаза!.. Она поцеловала веки, щёки, губы. Уста её шептали что-то, но уши заложило той волною.
Не видел ни чего, не слышал ни чего, исчезло всё... Осталось
Только?.. прикосновение без ощущенья чем. Он чувствовал, но чувствовал не органами чувст, а чувства сами по себе! Как здорово, когда душою в чувства радость и любовь!.. наверное, волною погружает, и время и пространство, как будто исчезает!.. А значит все препятствия, страдания, невзгоды и вещи все - ни что, ни что существованию "Я есть" уж не мешает.
--------------------
Лежала Навна на спине в траве пахучей, совсем нагая. Рядом Яросвет сидел, немного наклонился к ней, одной рукой он нежно гладил её груди, другой лицо ласкал пальцами. Она не видела его лица, но чувствовала взгляд - тёплый, тёплый, даже горячий и огненные волосы пылали в лунном свете, как костёр. К ней наклонился, поцеловал, да так, что силы кончились совсем. Она взмолилась:
- Яросветик! Милый! Нет сил пошевелиться даже, так много и так сразу!.. Ни когда не думала, что и от удовольствия и счастья можно даже устать как будто.
Он не ответил, палец к губам приставил, не давая ей продолжить, опять поцеловал, наклонился, прижался к ней... и тихо-тихо:
- Люблю! Родная!