вещи для общежития. Я имею в виду, есть еще шанс, что это может не сработать, и мне
придется оставаться дома на два года и пойти в местный колледж. Что делать, если дом не
продастся?
Сойер сразу сменил непринужденную позу, и наклонился вперед.
— Что? Почему это может не сработать? Я был под впечатлением, что дело было сделано.
Он адресовал свой вопрос моей матери, словно он знал, о чем, черт возьми, он говорил.
— Сойер, — начал я и была прервана моей мамой.
— Это так, Сойер, — она успокоила.
— Лана, дом продан. Я заработала достаточно денег, чтобы заплатить за все четыре года
обучения и купить себе хорошую квартиру на пляже. Таким образом, когда ты убежишь и
оставишь меня из-за Флориды, я все еще смогу быть достаточно близко к моей сестре, когда мне нужна будет компания.
Она сказала Флорида. Подумал ли Сойер, что я гналась за ним? Душила его? Низко
наклонившись, я заставила себя встретить его взгляд. Он усмехнулся, встал и подошел ко
мне.
Он обнял меня обеими руками за талию, прижал к себе и склонил голову, чтобы
прошептать мне на ухо:
— Неужели ты думала, что я был бы так возбужден из-за колледжа, если бы я думал, что я
покидаю свою девушку?
— Ты знал, — я вздохнула с облегчением.
— Да, я знал. И если ты хоть на одну секунду попытаешься и снова откажешься следовать
за мной во Флориду, я лично украду тебя и потащу со мной, — подразнил он, а затем
оставил след от поцелуев по моему лицу до тех пор, пока его рот завис над моим. — Я не
потеряю тебя снова. Ты со мной. Я хочу, чтобы ты была там, рядом со мной. Всегда.
— Разве это не мило? — довольный голос моей мамы напомнил нам обоим, что мы не одни.
Сжав мою талию еще раз, Сойер отступил от меня, так чтобы мы оба оказались стоящими
лицом к моей маме.
Ее улыбка была такой яркой и счастливой. Это было редкостью для моей мамы-
улыбаться. Я выросла с тем и привыкла к тому, что она постоянно хмурилась на моего
отца за то, что что-то было не так. Мне это нравилось. Она не была настолько
непривлекательной, когда улыбалась. Почему она не могла улыбаться мне больше, когда я