Моргнув, Сакура поспешно кивнула. Действительно, что это с ней? Их ведь могли увидеть. Мало ей сплетен. От недавней обиды не осталось и следа. Если они не поспешат, то опоздают на автобус. И тогда придется ждать следующего, а это, между прочим, двадцать минут на такой холодрыге.
Спускаясь за девчонкой по лестнице, Какаши лишь усмехнулся. Хатаке Какаши ухаживает за студенткой. Был бы здесь Обито, он бы… Нет. Почему-то Какаши был уверен, что его другу Сакура бы понравилась. Она была похожа на Рин, и в то же время отличалась от всех, кого он когда-либо знал. Может, из этого что-то и получится… Хотя черт знает, ему лень об этом думать.
***
Они стояли в переполненном автобусе, тесно прижавшись друг к другу. И это, вроде как, непозволительно, потому что он все еще учитель, а она – его студентка. Но ни один из них не спешил нарушить эту долбаную идиллию. Потому что блять, как же приятно прижиматься к кому-то не только телом, но еще и душой! Вдыхать, впитывать в себя, прирастать.
Ощущать горячую ладонь Какаши на своей талии, даже сквозь одежду, было так запретно, но так охуенно! От запаха дорогого мужского одеколона кружилась голова. Хотелось уткнуться носом в его шею и просто наслаждаться этой близостью. Впервые. А ведь с Саске так не было.
Придерживать ее за талию, чтобы она не упала, потому что из них двоих только он дотягивался до поручня, было волнительно. Давно Какаши такого не испытывал. С тех пор, как был еще мальчишкой. А Фрай-то снова прав оказался – жизнь, мать ее, прекрасна*. И впервые за долгое время курить совсем не хотелось. Зато чертовски хотелось дотронуться, наконец, до этих розовых волос, пропустить их между пальцев, а потом, переместив руку на ее затылок, притянуть девчонку к себе.
Да, так он и сделает. Но не автобусе. И не сегодня.
Они все еще стояли в переполненном салоне, прижатые друг к другу, а к стеклам лип первый ноябрьский снег…
____________________
* – «Воспоминания – волшебная голубая таблетка от «сегодня».»
Макс Фрай, «Книга одиночеств»
* – James Arthur – Confessions
* – «Жизнь, тем не менее, фантастически прекрасна. Крутится, зараза сладостная».
Макс Фрай, «Книга одиночеств»
========== Бонус. О кофе без сахара, глупом Какаши и Дне Святого Валентина. ==========
Комментарий к Бонус. О кофе без сахара, глупом Какаши и Дне Святого Валентина.
Чудесная, волшебная и безумно романтичная праздничная зарисовка от одного из авторов. Замечательная и талантливая Stir решила порадовать Вас, дорогие читатели, вот таким вот атмосферным бонусом.
Саундтрэк к части:
Sinead O’Connor – Angel
С Днем Всех Влюбленных Вас, дорогие друзья. И приятного прочтения.
На улице сегодня ужасно холодно. Впрочем, как и на душе у сидящей на подоконнике девушки. Розовые волосы растрепаны, пряди спадают на лицо, мешая нормально вдыхать отравляющий никотиновый дым, что наполняет ее теплом. Неправильным никотиновым теплом, которое, в общем-то, дальше легких и не распространяется. А тепла, черт возьми, хочется! Хочется, мать твою! А того, кто может его дать, нет, только теплый плед, кофе и пачка сигарет. Его любимых Мевиус Интернешнл. Слишком крепких, но они о нем напоминают. Лежащая возле оголенного бедра синяя пачка просто не может не напоминать Сакуре о человеке, что еще прошлой ночью держал ее в своих руках. В пепельнице на балконе еще осталось несколько окурков. Она так и не успела их все выкинуть. Впрочем, черт и с ними тоже.
Из-за открытого окна в комнате ужасно холодно. Немеют пальцы, но Сакура упорно достает из пачки еще одну сигарету. Щелкает зажигалкой, прикуривает. Этот светло-серый дым тоже о Какаши напоминает. От него все чаще в последнее время пахнет сигаретами. Этот запах она терпеть не могла, но смешанный с хатакиевским одеколоном, он становился привычным и даже родным, пожалуй. Черт, как же ей сейчас его не хватает! Твою же мать!
Рукав белой мужской рубашки, нагло отобранной у того же Хатаке еще в первый месяц их отношений, слегка развернулся, из-за чего Сакуре пришлось крепко зажать между зубов мягкий фильтр, чтобы его поправить. Кофе стоящий на другом конце подоконника, уже давно остыл, рядом с кружкой, на небольшой тарелочке одиноко лежит окурок, а играющая на телефоне песня сменилась другой. Заиграла тихая музыка и приятный женский голос пропел:
Дорогой, мне не нравится,
Когда ты говоришь о себе плохо.
О, пожалуйста, не надо так больше.
Ты так прекрасен…
Я хочу, чтобы ты видел то, что вижу я.
Ты ангел,
И я навсегда хочу стать ангелом, таким как ты…