Виды Парижа. Среди прохожих фигурка Скрябина.
Виды Павловского парка. Розовый павильон. В окна в его интерьере публика замечает пару, то одетых артистически изысканно и старше, идущих по улицам Парижа или Лондона, то в балетных костюмах, еще совсем юных, на сцене или репетиционном зале. Из публики мало кто их узнает, но все заинтересованно поглядывают, как в волшебный ящик в старину. Это Владимир Васильев и Екатерина Максимова, как становится ясно, из их реплик, когда у них брали интервью, а они продолжали обсуждение между собою, как всегда, обо всем на свете. Чаще и слов не надо было, все выражалось в жестах, движениях, переходящих в танец, пусть в образах балета и музыки.
В интерьере Розового павильона, заполняя его, мелькают сюиты то из балета «Жизель», то «Спартак», то «Анюта»…
ВАСИЛЬЕВ
Царское Село. Камеронова галерея. На площади внизу, на разных уровнях лестницы и вверху среди бюстов снопы света выхватывают знакомые нам образы, участвующих то в карнавальном шествии, то в танце. Музыкальное и световое сопровождение создает феерическую атмосферу празднества, в котором принимают участие персонажи различных эпох. В нарядах женщин выделяется, как античность, русский ампир.
Музыка звучит торжественная, с нотами вселенского апокалипсиса. На средней площадке лестницы рояль, за которым священнодействует Скрябин в унисон с игрою света в небесах.
Музыка вселенская звучит.
КАРТИНА ШЕСТАЯ
Санкт-Петербург. Петропавловская крепость над Невой. Ночь. В чердачном проеме одного из зданий напротив по Дворцовой набережной свет лампочки освещает лицо, голос которого разносится, как суфлера, тихо, а мы воочию видим и слышим все происходящее, как на сцене бытия.
Стрелка Васильевского острова с факелами на ростральных колоннах. Публика в современных одеждах и маскарадных костюмах разгуливает, невольно обращая взор в сторону Петропавловской крепости, где что-то странное происходит по ночам с тех пор, как прошла церемония захоронения екатеринбургских останков, с трансляцией на весь мир.
Проступает интерьер Петропавловского собора, где продолжается бал-маскарад.
КАРТИНА СЕДЬМАЯ
Петергоф. Большой Петергофский дворец с террасой в вышине и лестницы по обе стороны Большого каскада фонтанов с Самсоном в центре, в ночи с волшебным освещением предстает как чертог Люцифера.
Публика внизу среди фонтанов приветствует знаменитостей, спускающихся словно с неба по красной дорожке.
В залах Петергофского дворца, на площадке над фонтанами, на лестницах, в аллеях Нижнего парка – всюду танцы публики в современных платьях и маскарадных костюмах. Минует и польки, кадрили и вальсы в залах сменяются современными ритмами на площадке и лестницах… Все образы, промелькнувшие где-то, здесь вновь проступают, а также музы, женщины, юноши из Хора…
Публика замечает Анну Павлову, как с рисунка Серова.
Над Северной Пальмирой Мерилин Монро.
Празднество завершается ослепительным фейерверком.
ЭПИЛОГ