Прогрессор поневоле. Гексалогия (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

* * *

Наконец светило показалось из-за горизонта, и я стал тормошить моих напарников по походу. Зравшун вскочил так, что я от неожиданности отпрянул назад. Тот еще ничего не успел осознать, а руки уже шарили за спиной, ища его клинки. Я несколько раз окликнул Зравшуна по имени, пока он, уже осознанно не посмотрел на меня. Его тело моментально расслабилось, и он с интересом осмотрелся.

Это что, мы опять к тебе идем? А мама что здесь делает?

Зравшун, ты что, ничего не помнишь? Твой дед сказал, что поговорил с тобой, и ты дал добро на сопровождение меня и герцогини в мой мир. Ее нужно сводить к нашим врачам, так что я на тебя надеюсь.

Да, что-то смутно припоминаю. Дед меня долго расспрашивал о твоем мире, а потом что-то такое накатило, как тяжелый сон. А вот теперь я здесь. Ты что, меня все время на себе нес, и маму?

Нет, не совсем так. Нас довезли по дороге до вон того леска и выгрузили, так как дальше нашим попутчикам было не по пути с нами. Мне пришлось тащить вас на себе, так что вы слегка пропылились, все же в степи сейчас стоит сухая погода и скопилось много пыли. Я как мог вас почистил, после того, как доставил сюда в сонном состоянии. Так что, как только герцогиня придет в себя, так нам лучше, как можно скорее отправляться в мой мир. Там мы помоемся и поедим, а то нам даже продуктов не дали, видимо рассчитывали, что мы будем по пути охотится.

Слушай, Серигей, уже второй раз жалею, что не взял с собой одну коробку с лапшой, что ты мне купил. Как бы она нас сейчас выручила.

Да ладно, нам бы только герцогиню разбудить и уговорить идти с нами, а дальше, ты же помнишь? Спустимся до автобуса и через пару часов мы будем у меня дома.

Да я с удовольствием вымоюсь у тебя в ванне, тем более, что грязный как не знаю кто. Странно, что я не помню весь наш путь от резиденции деда досюда. Раз, и сразу проснулся здесь. Но деду виднее, думаю, он оставил мне какую-то подсказку. Без этого никогда не обходилось, а сейчас давай будем будить маму. Отца бы я так будить не рискнул, можно и в темницу на пару недель отправиться. Он стал тормошить герцогиню. Все-таки мать он любил, было видно, что тормошит он осторожно, да и шепчет не сильно громко, чтобы не испугать. Наконец герцогиня стала приходить в себя, ее взгляд обрел осмысленность, и мы вздохнули с облегчением. Зравшун что-то тихо объяснял матери, а я собирал вещи и готовился отправиться в путь. По моим расчетам, мы доберемся ко мне домой, часикам к одиннадцати, если там сейчас утро, так что придется немного поголодать. Наконец все были готовы следовать к месту перехода, так что мы с Зравшуном взвалили все вещи на себя и устремились к знакомому месту. Метров двести пронеслись незаметно, только подстроились под шаг герцогини, как уже пришли. В место перехода я направился первый, держа герцогиню за руку, за ее вторую руку ухватился Зравшун, так что из нас получилась короткая цепочка, и я стал нащупывать горки камней, обозначающие места поворота. Про себя считал количество мест поворотов, чтобы не ошибиться. Мне казалось, что если не дойти до места выхода, то можно оказаться совершенно в другом месте, так что я четко поворачивал на каждой контрольной точке, даже когда уже видел наши сосны и ели. В общем, мы шли до тех пор, пока я не вышел на свою стрелку, обозначающую вход в серпантин, со стороны Земли. Когда мы выбрались в мой мир, Фелидас очень тяжело дышала. Я отдал один амулет Зравшуну, а второй предложил герцогине. Та испугано, и в тоже время вопросительно взглянула на сына, тот только соглашаясь, кивнул матери, и одел свой амулет на себя. Фелидас помедлила немного, но потом, переборов свой страх, одела амулет себе на шею.

Да, лучше бы она этого не делала, перед нами стоял очень крупный хищник, что-то среднее между собакой и волком. Эта, скорее собака, чем волк, смотрела на нас удивленными глазами и не выказывала никаких эмоций, видимо еще не осознала, во что она превратилась и почему мы стали гораздо выше, и ей приходится смотреть на нас снизу вверх. Зато дыхание нормализовалось, и организм собаки чувствовал себя здесь превосходно.

Я попытался мысленно докричаться до Фелидас. Как ни странно, но раза с третьего мы установили телепатический контакт. Агрессии от нее не чувствовалось. Я предложил снять амулет, может тогда она опять станет человеком. Фелидас согласилась, и я осторожно снял амулет с нее. Опять небольшая заминка и перед нами стоит все та же Фелидас, что мы буквально несколько минут назад видели здесь, в этом лесу. И опять ей плохо, дыхание сбивается. Пока можно было общаться нормально, чтобы и Зравшун слышал, я предложил вариант, который позволит нам продержаться некоторое время в этом мире. Фелидас идет в образе собаки. Когда спустимся с гор, то попробуем еще раз снять амулет, если Фелидас будет чувствовать себя плохо, то до самой больницы будем держать ее в облике собаки, а как только войдем в больницу, то преобразуемся в женщину, пройдем обследование и опять, амулет. Оба моих попутчика немного задумались, переваривая информацию, Фелидас становилось все хуже и хуже, так что она кивнула мне, соглашаясь с моим предложением и надела на себя амулет. Зравшун увидев преобразование матери, тоже кивнул на мое предложение, и мы направились вниз по проложенной тропе. Судя по окружающей нас природе, стояла ранняя весна, для клещей еще рано, так что будем надеяться на то, что наша собака не нацепляет на себя ничего кровососущего. Мне пришлось еще раз связаться с Фелидас и сообщить ей одну неприятную новость, дело в том, что если она будет играть роль нашей собаки, то на нее нужно надеть ошейник, по-хорошему еще и намордник, но этого она точно не вынесет, а вот ошейник мы просто сделаем из моего поясного ремня. Свою саблю я оставил там же где брал деньги, так что штаны с меня не слетят, даже без ремня. У Зравшуна перевязь с двумя клинками крепится на поясном ремне и двух наплечных ремешках, так что с него снимать ремень было бы глупо. Но Фелидас должна дать согласие на такой ремень на шее. Просто в моем мире это признак того, что у собаки есть хозяин. Пусть Фелидас не придает такого серьезного значения этому слову. Просто это значит, что собака не бродячая, а живет с человеком. Так, мило беседуя, мы спустились с гор по подрастающей травке. Погода стояла прекрасная, была первая половина дня, ближе к полудню. На остановку вышли незадолго до прихода автобуса, когда вошли в салон, то смогли расположиться так, чтобы спрятать лапы и хвост Фелидас посадив ее ближе к окну в проход между сидениями. Спуск по горной дороге занял стандартные сорок минут и вот мы в моем городе. Теперь следовало доехать до моего дома, но лучше бы это сделать без большого скопления людей. Решил ловить какую-нибудь газель или минивэн, типа Делики. Наконец нам повезло, и мы забрались во что-то типа маршрутного такси занимающегося частным извозом. Я назвал адрес, и мы расположились на сидениях, усадив Фелидас в проходе. Я на всякий случай придерживал ее за ошейник. Водитель с уважением поглядывал на нашу собаку. Она была очень рослой и из-под верхней губы отчетливо проступали кровожадные клыки. Надо сказать, что клыки были кинжальной остроты, думаю, что случись какая заварушка, то на счету Фелидас появится несколько трупов. Еще мне не хотелось встречаться с другими собаками. Если от зверя Фелидас несет волком, то те либо подожмут хвосты и убегут, либо попытаются напасть, тогда будут жертвы, да и сама Фелидас может пострадать, ведь опыта драки в своем новом теле у нее нет, хотя звериные инстинкты, они присутствуют с самого рождения у любого хищника.

 Глава 16.

* * *

Вот, наконец, и мой дом. Я рассчитался за проезд и выбрался из салона, помогая спуститься Фелидас. Решил, что на людях буду называть Фелидас по имени. Сейчас люди, какую только заумь не придумывают, называя своих собак, так что это имя не будет никого шокировать. Мы направились к моему подъезду. От скамейки, стоящей невдалеке от моего подъезда отделились две фигуры и направились к нам. Кто бы удивлялся, юные продавцы холодного оружия. Поздоровавшись с нами за руку, они стали расспрашивать нас, как нам подошло их оружие. Я молча поднял вверх большой палец, так как все, что мы купили хоть раз, да спасло нам жизнь. Что меч, что сабли, что лук. Так что наши вложения полностью себя оправдали, получается, что я ничуть не покривил душой. Парни приободрились и по секрету поведали нам, что есть на продажу такая же пара сабель, как мы купили у них в прошлый раз. Я поинтересовался ценой, мне назвали вполне приемлемую цену, так что я дал парням добро на демонстрацию сабель ближе к вечеру у меня дома. Зравшун, размышляя о чем-то, тоже одобрительно кивнул парням и мне. Так что мы распрощались до вечера и направились сначала в ближайший магазин, закупили там продукты, а потом отправились ко мне на квартиру.

Едва переступили порог, как Зравшун издав боевой кличь, уведомил меня, что он первым идет принимать душ. Я только развел руками и указал ему на ванную комнату. Пока Зравшун разоблачался, я подозвал Фелидас и предложил попробовать снять с себя амулет, объяснил ей, что мы спустились как минимум на тысячу метров ниже, чем мы были, когда она попала в наш мир и где чувствовала себя неважно. Сейчас ощущения могут быть иными, так что лучше попробовать побыть немного без амулета на шее. Я осторожно снял с Фелидас сначала свой ремень, исполняющий роль ошейника, а потом и сам амулет. Миг и передо мной стоит герцогиня, прислушиваясь к своим ощущениям. По ней было видно, что она ждет, когда начнет задыхаться и ощущать дискомфорт, но вот проходит минута, потом другая, а никаких неприятных последствий пока не наблюдается. Я предложил герцогине подойти к зеркалу и осмотреть себя, может что-то не так, цвет лица или где-то полопались кровеносные сосудики. Мне важно понять, нормальное ли состояние ее организма наблюдаем мы сейчас и как долго оно продлиться. Герцогиня вернулась от зеркала и присела за кухонный стол, а я начал готовить простейший обед, а для нас еще только завтрак. Яичница с помидорами оказалась как нельзя кстати. Едва яйца дошли до готовности, как в ванной распахнулась дверь и оттуда вышел раскрасневшийся Зравшун. Я позвал его перекусить, так как мы не ели с самого вечера. Тот юркнул на свое место за кухонным столом, и мы стали уминать яичницу, разделенную натрое и разложенную по трем разным тарелкам. С герцогиней пока все было хорошо, так что после еды я предложил и ей принять душ, а если она будет чувствовать себя нормально и ее состояние останется стабильным, то и искупаться в ванной. Зравшун повел свою мать в ванную комнату, где стал объяснять, какие шампуни можно применить герцогине и в каких количествах. Рассказал, как включать и выключать воду, а также, как ее регулировать. Вскоре он вернулся из ванной комнаты, а там зашумел душ. Мой халат опять был отдан слабому полу, а сам я, периодически спрашивал Фелидас, как ее самочувствие. Пока все было нормально. Вскоре шум воды в ванной комнате стих, а еще через пару минут оттуда вышла чистая и довольная герцогиня. Я предложил ей прилечь на диван в зале, а мы пока посплетничаем с Зравшуном.

Как только Фелидас удалилась, я поинтересовался у наемника, что будем делать, если нам предложат новые клинки? Тот не задумываясь, ответил, что следует их брать. Он уже проверил свои, и теперь ни за что не променяет их на другие. Со мной он не рассчитывался, так как помнит, что это был мой подарок ему, и вопросительно посмотрел на меня. Я подтвердил, что действительно сделал ему такой подарок, так что у меня к нему в этом вопросе претензий нет. Напрягшийся было Зравшун расслабился, так как денег, чтобы расплатиться со мной, у него, скорее всего, не было. Хотя, может, они и были, но вот только в данный момент, денежные средства оказались для него недоступны.

Я и не настаивал на каком-то расчете, так как прекрасно помнил, что, во-первых, я действительно подарил клинки, мечи, и кольчугу, а во-вторых, Зравшун дважды спас мне жизнь, хоть второй раз это и выглядело так, как будто бы это я спас его шкуру. Но на самом деле все сделал Зравшун, а я только поставил финальную точку в нашей битве со звездой наемных убийц.

В этот момент появилась герцогиня. Она призналась нам, что на нее стала накатывать слабость, и опять стало трудно дышать. Я посмотрел на часы, прошло сорок пять минут значит, пока мы располагаем только таким объемом времени для посещения больницы. Предложил Фелидас опять надеть амулет минут на пять, а потом снова снять и по возможности, самостоятельно. Герцогиня на наших глазах надела на себя амулет, и вот перед нами опять появился тот самый хищник, который только походил на собаку. Мы напряженно смотрели на Фелидас, вот прошло пять минут, и я дал команду попробовать снять амулет. Наш хищник опустил голову к земле и принялся энергично встряхиваться всем телом. Не прошло и минуты, а амулет мягко соскользнул с шеи хозяйки и перед нами предстала Фелидас, просто наклонившаяся вперед, ее поза была, даже не на четвереньках, как я ожидал. Странно, но нас это вполне устраивает. Если в больнице на нее накатит такое состояние, как было несколько минут назад, то пройдя в туалет, она может переждать приступ в образе зверя, а затем вернуться к нам опять человеком. Я снова засек время, и поинтересовался, останется ли она с нами на кухне, или вернется на диван. Фелидас решила посидеть с нами и если можно, то еще попить чаю, так как напиток ей очень понравился. Предложил ей поэкспериментировать с этим напитком, рассказал, что его пьют по-разному, и с молоком, и с сахаром, сильно горячий, охлажденный, а можно еще попробовать не только черный чай, но и зеленый. Пока для эксперимента были доступны только молоко и сахар. Герцогини понравился вариант крепко заваренного чая с молоком и сахаром.

Эксперименты с чаем, а тем более в сочетании с молоком дали и свои побочные эффекты, так что Зравшун повел свою мать знакомиться с унитазом. Когда они вернулись, то я предложил приодеть нашу герцогиню в одежду этого мира, чтобы не выделяться из толпы. Время еще есть, поэтому можно сходить в магазин и выбрать какое-нибудь платье, в котором можно было бы пойти в больницу. Фелидас не стала возражать, и даже больше, ее глаза загорелись интересом. Зравшун уже переоделся в тот самый наряд, в котором он ходил со мной по городу и мы втроем отправились наряжать герцогиню. Вскоре мы уже смешались с толпой горожан в супермаркете. На Фелидас смотрели как на цыганку, но наш вид рядом успокаивал толпу. Еще немного и мы уже стояли перед бутиком с женской одеждой. Оказалось, что нам даже не нужно проходить далеко внутрь, так как Фелидас указала своим пальчиком на стоящий прямо у входа манекен в ярком разноцветном платье. Мы молча пожали плечами, в принципе, вполне нормальное платье, и я попросил продавщицу подобрать нам такое платье на нашу спутницу. Это не заняло много времени, так как фигура у герцогини была хорошая и она напоминала мне фигуру баронессы, поэтому я попросил подобрать подобное платье но несколько другой расцветки. Мерить не стали, на удивление продавщицы. Я расплатился за покупку и потащил Фелидас с Зравшуном к отделу женской обуви. Вот тут у нашей герцогини чуть не снесло крышу. В том мире был очень маленький выбор обуви, в основном все сводилось к сапогам. Высокий каблук у мужской обуви породил и такой же каблук у противоположенного пола, так что мы стали выбирать обувь для герцогини не только на маленьком каблуке, но и рассматривали вариант со шпилькой. Ей приглянулись босоножки на высоком каблуке и черные лакированные туфли со средних размеров каблучком. Все это мы приобрели только после примерки, все же обувь это не платье, тут ошибаться нельзя, хотя герцогиня сразу хотела схватить те, что стояли на витрине. Я, помня о размере баронессы, тоже приобрел босоножки немного другой расцветки и слегка другие черные лакированные туфли. О том, как модницы звереют, увидев у противницы точно такой же наряд, я уже был наслышан, так что другая расцветка и другой фасон примирят герцогиню и баронессу, в случае, если они встретятся где-нибудь в таких нарядах.

Я торопливо тащил моих подопечных домой, так как боялся, вдруг герцогиня опять почувствует себя плохо в людном месте. Мы быстро прошли до моего дома, и только в квартире я вздохнул с облегчением. Предложил еще раз попить чай, так как сам был на взводе. Все меня поддержали, так что через пять минут мы сидели за кухонным столом и разливали чай по чашкам.

Так мы просидели еще пару часов пока Фелидас опять не почувствовала себя плохо. Получается, что каждый раз время пребывания в человеческом теле у герцогини увеличивается. Она уже без всяких подсказок надела на шею амулет, и просидев, ровно пять минут, опять стряхнула его со своей шеи. Теперь мы, по идее, имеем запас около двух часов, а может и больше, так что следующий приступ можно ожидать часов в пять вечера.

 Глава 17.

* * *

Как я и думал, период нахождения Фелидас в человеческом теле увеличился до трех часов, а это нас полностью устраивает. В пять часов и пятнадцать минут герцогиня опять проделала стандартную процедуру с амулетом и с пяти часов двадцати минут мы могли рассчитывать примерно на четырехчасовой период человеческого тела. Это меня вполне устраивало, так как сегодня нужно будет уложить моих гостей пораньше спать. Не знаю, как у Зравшуна проявится повторная адаптация к тройному замедлению привычного течения времени, а вот герцогиня почувствует его очень остро, как и все мои гости из другого мира в первые дни пребывания здесь. Часов в семь запиликал домофон. Ну, понятно, пришли продавцы холодного оружия. Интересно, что они нам на этот раз принесут?

Те ввалились с традиционным мешком. Оказалось, что за это время на заводе смогли сделать только такую же пару сабель, но получилось чуть хуже, так как тому, кому они были предназначены, насколько я помнил, какому-то Климу, оказались немного не по руке. Я даже удивился, видимо изготавливали на глазок, хотя для слесаря с завода это не характерно. Но тут можно только догадываться. Я предложил Зравшуну попробовать клинки. Тот с легким азартом взял клинки в руки и опять стал раскручивать их. По мере того, как он, толи разминал кисти рук, толи действительно как-то так проверял клинки, его глаза приняли удивленное выражение. Он остановил движение клинков как-то неожиданно и с удивлением уставился на оружие в своих руках. Я насторожился, ведь не может такого быть, чтобы Зравшун забыл, как управляться с клинками. Внезапно он направился к своим клинкам и, приложив новый клинок к старому, стал сравнивать их. Потом, рукой подозвал меня и, показав саблей на свои клинки, сказал только одно слово, "проверь". Я непонимающе уставился на Зравшуна, что я должен проверять?

Бери в руки и проверь, как они тебе.

Я взял оба клинка и провел разминочную связку. Действительно очень удобные клинки. Вспомнил, что когда мы купили их Зравшуну, то я тоже попробовал покрутить клинки в руках, но тогда у меня не было таких ощущений, как сейчас. Я чувствовал, что они очень удобны, и я ощущаю оба клинка до самых их кончиков. Теперь я понял, как Зравшун умудрялся не цеплять потолок и мебель в моей квартире.

Ну что, Серигей, попробуем их в деле? Думаю, что проведем танец наемников.

Мы встали друг перед другом и началось. Клинки мелькали все быстрее и быстрее, сталкиваясь между собой в самых неожиданных местах. По комнате поплыл своеобразный, и даже понравившийся мне звон. При такой скорости обмена ударами можно было получить очень серьезную рану, но вот только этот бой был из разряда ритуальных. Все было построено на том, что клинки к телу противника направлялись плашмя или вообще, тупой стороной. В непосредственной близости от лица мелькали кончики сабель, и вот здесь, если ты, или твой противник плохие мечники, то можно было кому-нибудь остаться без глаза, но мы были равны друг другу, поэтому пять минут неповторимых ощущений и мы, разорвав дистанцию, синхронно поклонились друг другу. В комнате стояла тишина.

Внезапно Фелидас произнесла, что давно не видела такого великолепного танца наемников, а у наших продавцов выскакивали только одни междометия. Мы же с Зравшуном стояли друг напротив друга и остывали после ритуального танца. Зравшун предложил мне попробовать его новые клинки, хотя мы их еще не купили, но он, как и я, понял, что они будут нашими. Я бережно положил свои клинки на кровать и, приняв от Зравшуна его новое оружие, опять проверил его в разминочном комплексе. Да, хорошие клинки, но те, что я держал в руках до этого, были на порядок лучше. Ничего не понимая, я вопросительно кивнул Зравшуну. Наемник расхохотался и успокоил меня, что просто раньше ему казалось, что те, старые клинки подходят для него идеально, пока он не попробовал вот эти, новые. Все познается в сравнении. Да, с этой истиной не поспоришь. Я сходил на кухню к своему рюкзаку и, отсчитав пять стодолларовых купюр, вернулся в комнату. Там все и все, как будто застыли во времени. Я положил на кровать пять бумажек и вопросительно взглянул на пораженных пацанов. Оцепенение прошло, те молча сгребли купюры и гуськом, друг за другом, выскочили из квартиры.