В этом мужчине столь удачно сочетались - нежность, трепет, отчасти грубость, настойчивость, натиск. И эта гримучая смесь каждый раз пробуждала в ней до того неизведанные чувства, непреодолимый интерес. Отчего между ног снова становилось влажно, неизменно наполняя низ живота возбуждением, с которым всё труднее было совладать.
И она уже готова была признать, что полностью в его власти.
Глубже вздохнув, Елена ещё крепче прижалась к его груди спиной, откинув голову назад, на его плечо. Мягкие губы Стефана тут же осторожно прикасаются к её шее, вновь пробуя на вкус, в то время как их пальцы судорожно переплетаются, продолжая своё путешествие.
Вместе с ним она как будто заново изучает собственное тело, позволяя его рукам делать с ней всё, что угодно.
Отчего тихие стоны непроизвольно вырываются из гортани, вынуждая её забыться в их звучании.
Сейчас они оба наслаждаются только ощущениями, больше не проронив ни слова.
Нет смысла в спешке, пока она принимается плавными движениями натирать его ароматным гелем, ощущая как каждый мускул снова наполняется напряжением.
А Стефан пристально наблюдает за каждым её вдохом и выдохом, не отводя от неё своего взгляда, который поглощает без остатка.
Зрачки невообразимо расширены, а по венам вновь растекается желание.
Глаза в глаза. Это кажется столь интимным, волнующим.
Взаимное притяжение… От него уже не избавиться.
Елена поворачивает его к себе спиной, продолжая свои действия, мягко скользя мочалкой по коже и описывая плавные круги и неторопливо массируя.
Плавными движениями она натирает его тело, взбивая пену, украдкой вдыхая аромат геля для душа. Широкие плечи, позвоночник, упругие ягодицы.
В этот момент он напоминает ей греческую статую молодого бога во всей своей красе. Могущественную, которая завораживает своими рельефами, призывая к созерцанию.
А он застыл на месте, лишь иногда протяжно вздыхая, сосредоточившись на ощущениях, которые она ему дарила, неизменно возбуждая и сводя с ума.
На смену мягким поглаживаниям приходят быстрые, резкие рывки.
Фаланги тонких пальцев медленно зарываются в его волосы, достигая затылка и сжимаясь в кулак, тем самым причиняя смутную боль и вынуждая его издать еле слышный вздох.
Казалось, его воля была полностью подавлена. Он ни о чём не мог думать, всецело отдавшись во власть её прикосновений, будто не в состоянии даже пошевелиться.
Его бёдра были напряжены, а в венах пульсировала кровь. Она снова доводила его до желанной разрядки. Умело, со всей нежностью. Тем самым срывая с его губ приглушенный стон.
- Я приготовлю завтрак, - проговорила Елена совсем тихо, ополоснув его и такими же осторожными движениями вытерев мягким полотенцем.
- Знаешь, я люблю тебя настолько сильно, насколько это вообще возможно, - не отрывая от неё взгляда в один миг потемневших глаз, вдруг произнёс Стефан. При этом коснувшись её подбородка, заставляя взглянуть на него. - Что даже готов убить каждого, кто посмеет дотронуться до тебя, кроме меня.
Потому что ты только моя. Слышишь? Моя.
И он тут же накрывает требовательным поцелуем её губы, вкладывая в него всю страсть, влечение и в то же время злость, в то мгновение как он притянул её к себе вплотную, не давая ей возможности сбежать.
Но она и не думала сопротивляться, как можно крепче прижимаясь своей обнажённой грудью к его, ощущая как снова отвердели соски от одного лишь трения их тел.
Почти бесшумными шагами проходя в кухню, Стефан так же тихо и безмолвно прислонился спиной к стенке, завороженно наблюдая за тем, как она суетится, накрывая на стол, при этом еле слышно напевая какую-то песню. Что вызвало у него улыбку.
На ней была только одна его клетчатая рубашка, открывая его изучающему взгляду стройные, смуглые ноги.
Волосы собраны в небрежный пучок, на лице ни грамма макияжа. Сейчас она казалась такой естественной, милой, домашней. И в этот момент он как будто заново влюблялся в эту девушку, которая наконец показала ему себя настоящую, без прежней дерзости во взгляде, отчасти холодности, нежелания подпускать его слишком близко, чтобы он мог заглянуть ей в душу и узнать, какие страхи скрываются в её глубинах.
Сегодня она предстала перед ним в совершенно другом обличье. Что внушало надежду на то, что их история всё же будет со счастливым концом.
- Ты очаровательна, - неожиданно для него самого, сорвалось с его губ, тем самым вынуждая её слегка вздрогнуть и повернуться к нему.
А он, как обычно, не мог отвести от неё своего взгляда.