Я кивнула.
— Ты сказал хорошие вещи, Аарон. Правдивые. Ты один из хороших людей. Никогда не позволяй никому говорить тебе другого, окей?
Аарон застенчиво кивнул.
— Мерит! — писклявым шепотом сказала Мэллори из своего угла, глаза заметили угрозу, которую я еще не могла видеть. — Они идут. Мы должны уходить! Сейчас!
Я закрыла глаза, чтобы очистить голову от адреналина и серебра, потом посмотрела на парней, когда была уверена, что они снова в норме.
— Вы должны идти. Я нагнала на парней страх, но, уверена, я не поменяла их мнения по поводу вампиров или людей, которые их поддерживают.
— Наша машина прямо там, — сказал Сэм, его нервный взгляд все еще был на моем рте. Я полагала, намек на клыки произвел впечатление, и не один он хотел бы забыть это в ближайшее время.
— Тогда идите, — сказала я, и они отправились. Они взбежали на блок, потом забрались в самую маленькую машинку, какую я когда-либо видела — автомобили клоунов восхитились бы — и наехали на блок шумя мотором похожим на вакуумный очиститель.
Хорошее деяние совершено, я побежала обратно к Мэллори и заглянула за угол на улицу.
Это не выглядело хорошо.
Мятежники достигли нас в худшем в мире построение. Я попыталась сделать счастливый вид, но в этом не было особого смысла.
— Мы должны утаскивать задницу?
— Давай.
Мы бросились обратно в улочку и бежали в полную силу, пока не достигли машины.
— Разблокируй ее, — сказала Мэллори, тряся дверную ручку со своей стороны. Словно это когда-то ускоряло процесс.
— Я работаю над этим, — проговорила я, возясь с тем, чтобы всунуть ключи в дверной замок. Но адреналин и ожидание сделали меня неуклюжей. Мы были так близко. Так близко к тому, чтобы убраться на безопасное расстояние, и чтобы благополучно доставить Мэллори домой без магических инцидентов.
Но недостаточно близко.
— Эй, леди, — сказал мужской голос позади нас.
Я оглянулась назад. Он был вероятно лет двадцати пяти, с бледной кожей, светлыми волосами, худощавый, и со скверным поведением. Он нес длинный охотничий нож в одной руке и хоккейную клюшку в другой.
Мы пытались игнорировать его, но он не желал оставаться в игноре.
— Эй, я с вами разговариваю! Вы хорошие девочки с нами в нашей борьбе за человеческие права?
Его предубеждение было столь иррационально, что он даже не осознавал, что старается присоединить Суперов к своему отряду.
Глаза Мэллори сузились. Было ясно, что у нее чешутся руки, чтобы отшлепать глупца.
— Человеческие права! — прокричали еще двое поблизости. — Долой клыкастых! Чикаго не нуждается в них, и Чикаго, конечно чертовски их не хочет!
Парень посмотрел на Мэллори.
— Что на счет тебя? Голубенькая? Ты на нашей стороне? Правда и справедливость, больше никаких долбанных вампиров? Кому они нужны, верно?
Его голос был дразнящим, а слова кокетливыми... и совсем неправильно было произносить их.
Он потянулся и положил жилистую руку на Вольво.
Глаза Мэллори угрожающе сузились, и воздух вокруг нее стал колючим. Ее магия поднималась.
— Никаких долбанных вампиров, — любезно согласилась я, потом улыбнулась парню, который устроился как дома на капоте машины. Держа свой взгляд на нем, я произвела слепую попытку с ключами.