— Я не уверен, стоит ли мне выбить из этого парня ненависть к вампирам, или поаплодировать его креативности, — сказал Джонах. — Я готов поставить свою задницу на то, что на это будет спрос, хотя не на то, о чем он думает. Кто еще не задумывался о том, чтобы снова стать человеком, если не по какой другой причине, что нам бы не приходилось постоянно иметь дело с этим дерьмом?
Сбитая с толку вопросом — и вопросами, которые последовали из этого — я уселась поудобнее на своем месте, и задалась вопросом... хотела бы я снова стать человеком?
Меня превратили вампира без моего согласия. Конечно, я признала, что решение было необходимо, но это было легким выбором, когда предоставился действительно единственный вариант.
Но сейчас, был и другой вариант. Это, видимо, был выход. Способ оставить эту жизнь позади и вернуть прежнюю жизнь. Аспирантуру. Старых друзей. Смертность. Больше никакого ГС. Никакого МакКетрика.
Больше никакого пренебрежения моим первым настоящим Днем Святого Валентина, потому что я была втянута в чужие войны.
Зазвонил мой телефон, прерывая размышления. Я вытащила его и посмотрела на экран. — Это Катчер, — объявила я машине, включая громкую связь. — Мерит.
— У меня кое-что есть.
— У меня тоже. Ты первый.
— Только что звонил детектив Джейкобс. МакКетрик пытается создать сыворотку, которая превращает вампиров обратно в людей.
— Мы знаем, — сказала я. — Мы только что встречались с одной из его жертв. Превращение проходит не так гладко, как он мог ожидать. У тебя есть что-нибудь конкретное?
— Много чего из биохимии я не могу отследить. Алан помогал ему с деталями и с очевидными первоначальными провалами. Сначала, МакКетрик говорил о предоставлении шанса тем, кого превратили без их согласия или в результате нападения. Но затем мотив изменился — или он отодвинул завесу. Риторика стала более решительной, более анти-вампирской. И реальная мотивация МакКетрика стала очевидной — создание массового оружия, которое могло превратить всех вампиров обратно в людей. Лишая их выбора, сделав его за них. Видимо, Алан занервничал из-за анти-вампирской риторики и решил, что с него хватит.
— Существование Брайант Индастрис построено на вампирах, — сказал Джонах. — Они исчезнут, и бизнес Алана тоже.
— Точно. Но МакКетрик продолжал давить, и когда Алан не помог, он выкрал информацию, которая, как он думал, ему нужна и поджог здание.
— И нашел ненавистников, чтобы закидать здание огненными бомбами и замести свои следы, — сказала я.
— Именно так. Алан разорвал связь с МакКетриком, поэтому он не знает ничего о его действиях после нападения на Брайант Индастрис. Но он сказал, что помог МакКетрику с заказом материалов, которые были отправлены в промышленное здание около Мидвея. Бывший склад под названием Хонит Фрейт.
— Он кажется подходящим, — сказала я. — Ты можешь попросить Джеффа проверить его?
— Он уже там, — заверил Катчер. — Я попрошу его переслать тебе результаты поиска.
— Не надо пересылась, — сказал Этан. — Пусть завезет. Вы можете встретиться с нами Дома?
— Цитирую Джеффа, это секретная миссия?
— Да, — ответил Этан. — И вы должны взять Мэллори с собой. Я подозреваю, что нам нужны будут все союзники, которые смогут помочь.
— Что на повестке дня?
— Я намерен исправить представление МакКетрика о вампирах.
— Что вы много о себе возомнившие? — спросил Катчер.
— Что мы боимся его, — ответил Этан. — Мы не боимся. И к концу вечера, я полагаю, он будет знать об этом.
***
Джонах отвез нас Домой, и Этан вознаградил усилия — и его дерьмовую ночь — местом для парковки в подвале.
У нас заняло некоторое время, чтобы перегруппироваться. Джонах нашел место, откуда мог позвонить Скотту и обсудить, что мы узнали и запланировали сделать. Мы с Этаном поднялись наверх. Он пошел рассказать обо всем Малику; я пошла на кухню за бутылкой крови, которой мне внезапно захотелось.
Когда я закончила с пинтой и фруктами, встретила Этана на лестнице.
— Ты в порядке? — спросил он, убирая прядь волос мне за ухо.
Я кивнула. — Просто задумалась.