— Покажи немедленно. — Перри не убирал руку. — Когда я что-то говорю, это нужно выполнять немедленно. Немедленно или тогда, когда я скажу.
Марвин положил бумажник на ладонь Перри.
— Пожалуйста.
Перри пересчитал деньги — четыре долларовых банкноты.
— Сколько у тебя в кармане, Марвин?
— В каком кармане? — Марвин быстро отдернул руку от бокового кармана твидовой куртки.
— В этом самом.
Ни жестом, ни взглядом Перри не уточнил, в каком именно. Марвин вынул пачку банкнот. Перри взял ее, не считая.
— Сколько?
— Семьдесят, — прошептал Марвин.
— Марвин, забери свои гроши. — Перри отдал бумажник. — А это я возьму. — Семьдесят долларов перекочевали в карман Перри.
— А теперь — ключи от машины, Марвин.
— Нет… я не могу… послушай, Перри…
— Извини, Марвин, я плохо слышу. Что ты сказал? Ты ведь что-то сказал секунду назад? Повтори.
— А как я доберусь до дому?
— Как все. Ногами.
— Перри, зачем ты так? Хочешь произвести впечатление на своего друга? Я уверен, ты уже добился этого.
— Я хотел заехать к тебе домой завтра после обеда. Но ты ведешь себя так скверно, что я, пожалуй, изменю свои планы.
— Когда ты хочешь заехать? Сразу после обеда или ближе к вечеру?
— Ключи, Марвин.
— Дам я их тебе, дам. Но скажи, когда ты приедешь?
— Не стоит торговаться, Марвин.
— О-о-о!
— И не хнычь, Марвин, противно.
Марвин улыбнулся и попытался рассмеяться, но сумел выдавить лишь несколько судорожных всхлипов. Джо тем временем твердо решил, что бы он хотел нарисовать на большом лбу Марвина: маленькую девочку с длинными густыми ресницами.
Марвин вынул ключи от машины и положил на стол перед Перри.
— Бери. Значит, в пять?
— Благодарю, Марвин. Ты весьма добр. Я, право, забываю иногда высказать тебе свою признательность, но от этого она не становится менее сердечной.
Перри встал.
— Пойдем, Джо.