— Я… — пытаюсь что-то сказать, но не выходит.
Он прислоняет палец к моим губам и шепчет.
— Все хорошо, дурной сон.
Я кивнула, я не хочу с ним спорить, но я уже догадалась. Это не сон, это воспоминание. Это его воспоминание.
Я начала тереть живот, создавалось впечатление, что он не мой. Что он из того сна, потому что болит. Крис смотрел на меня с прищуром и не отпускал.
— Ты упала. Я испугался за тебя.
От этих слов внутри все перевернулось, я не могла больше это отрицать, я совершенно не была к этому готова, но я абсолютно, не хотела, чтобы Крис отпустил меня из объятий. Еще хотя бы мгновение еще пару секунд чтобы насладиться. Я прижалась всем телом, я дрожала, а он еще крепче прижал меня к себе.
Я чувствовала его рельефный живот, то, как двигалось его тело при дыхании. Я успокоилась. Нужно всего лишь взять себя в руки и наваждение пройдет, так я и сделала. Я выпрямилась и отстранилась, его руки все еще были у меня на талии, но стало легче.
— Что тебе снилось? — наконец спросил он.
— Ты знаешь что.
И он знал, я абсолютно уверена, что он догадался. И я оказалась права, он кивнул.
— Что именно я вижу в тех снах, кто эти люди? — мне необходимы ответы, слишком сильный, слишком звериный страх я испытывала окунаясь в эти сны.
Крис помотал головой.
— Неважно — он не готов был рассказать — Больше они тебе не приснятся.
Я немного помолчала, обдумывая, что он сказал.
— Почему?
Настала очередь молчать для Криса.
— Я останусь с тобой.
Не сразу поняв смысл сказанного, я судорожно вдохнула. Видимо увидев недоумение на моем лице, Крис слегка развеселился и, погладив меня по щеке произнес.
— Я же умею менять эмоции, смогу и с этим помочь, если позволишь.
Я кивнула.
— Не ложись спать я в душ и тут же вернусь.
Я положила голову на подушку, прислушиваясь к быстрым ударам сердца. Крис быстро передвигался по коридору, и вскоре я услышала шум, исходивший из ванной.
Меня немного трясло, и я никак не могла осознать происходящее. Я собиралась спать с Крисом в одной кровати. Недели две назад подобная перспектива скорее повергла бы меня в шок, если не ужас, а сейчас это единственное чего я по-настоящему хотела.
Это противоречило каждому из существующих ныне правил, лично моих и общеизвестных. Я «шестерка» я не могу быть ему другом или чем-то большим. Я обслуга я его полностью с головы до пяток, но лишь как предмет многофункциональной мебели. Я не могу быть его питомцем, потому что питомцев любят. Не могу быть его знакомой, потому что это предусматривает общение. Без эмоций, без идей, без семьи, планов и возможностей. Но сейчас он нарушал эти правила, а я хотела, чтобы он их нарушил.
Он пришел в комнату через десять минут, я лежала и куталась в одеяло. Он лег рядом и взял меня за руку, я вдруг поняла, что хочу снова прижаться к нему, но от мысли о его близости мне снова стало страшно и я, лишь, покорно переплела с ним пальцы.
— И как это работает? — спросила я у него, глядя ему в глаза.
Его лицо было озабоченным и беспокойным, он волновался за меня. Между нами было меньше метра, а я бессовестно хотела сократить это расстояние.
— Просто засыпай, а остальное сделаю я.
Его голос звучал так уверенно, так спокойно, хотя в глазах плясали беспокойные огоньки.