— И ты уверен, что моя рука не придушит тебя ночью, если ГИДРА вдруг — на всякий случай — встроила в нее какой-нибудь блок управления?
— Уверен.
— Хм.
— Уверен, что смогу с этим справиться.
— А я хочу, чтобы тебе не пришлось с этим справляться.
Стив посмотрел на него исподлобья.
— Мы можем уйти из Мстителей, уехать.
— На необитаемый остров? Спасать популяцию каких-нибудь редких обезьян?
— Баки.
— Ты вроде не любитель уходить от решения проблем? Так в чем дело?
— В том, что ты мой, Баки. И я не хочу потерять тебя снова, если Тони…
— А кто говорит о Тони? — Баки устроился на подоконнике и обезоруживающе улыбнулся. — В этом веке гениальность — не такая уж большая редкость. И уж тем более она не является прерогативой Старка.
Стив смотрел на него, ожидая продолжения, и Баки действительно продолжил:
— Нам нужны люди, говорящие на одном со Старком языке, но не прогибающиеся под него. Возлюбленная Джейн и этот странный джентльмен, о котором вечно рассказывает Тор, например.
— Джейн— астрофизик.
— Главное, чтобы она понимала ту заумь, которую несет Старк. Потом, есть еще Беннер. И тот парень, что латал меня с тех пор, как я ушел из ГИДРЫ.
— Тот, которому ты приставлял дуло к виску? Думаешь, он согласится?
— Дуло понадобилось только в первый раз, потом хватало денег, — Баки ухмыльнулся и залпом допил кофе. — Он смышленый малый и ненавидит Старка, уж не знаю, за что. Еще я позвоню Ксавьеру, если Тони задумает гадость, тот поймет. А Логан открутит ему голову.
— Я и сам могу кому угодно голову за тебя открутить, Бак.
— Зачем тебе лишний раз… пачкаться?
— Бак, — Стив подошел вплотную к нему и упорно искал его взгляд, — посмотри на меня.
— Смотрю.
— Я за тебя горло перегрызу. Так было всегда — веришь?
— Верю.
— Так вот тогда не приплетай сюда Логана. Он хороший малый, и боец отличный, но заботиться о твоей безопасности — моя обязанность. Добровольная и приятная, что бы ты там ни думал.
— Отойди на два шага назад, пока я не сделал с тобой что-нибудь эдакое на глазах у ошарашенной публики.
Стив, усмехнувшись, отошел к столу и принялся заваривать себе чай, обдумывая, как лучше осуществить то, о чем говорил Баки.
— Барнс, — Тони подошел через несколько минут, видимо, что-то обдумав, — на два слова.
Баки легко соскочил с подоконника, взглядом остановил напрягшегося и собирающегося возразить Стива и пошел за Тони. Стив сжал столешницу, заставляя себя остаться на месте. Он не хотел окружать Баки гиперопекой, он знал, как может раздражать чрезмерная заботливость. Со стороны она выглядит как недоверие и нежелание признавать право на самостоятельность. А Баки вполне может о себе позаботиться.
***