— Белла Ивановна, — вмешался Лелик, напрягшись. — Не заставляйте детей совершать антипедагогический поступок!
— Что вы мне все указываете, как жить! — взорвалась Пенелопа. — Вы сопляк против меня!
В классе засмеялись, все было похоже на спектакль. Большой Лелик приблизился к Пенелопе и проговорил с расстановкой: “Я больше терпеть ваше хамство не намерен. Немедленно открывайте дверь!”
Что-то грозное и повелительное было в его голосе, манере. Он словно загипнотизировал Пенелопу. Она смиренно подошла к двери и открыла ее.
— Спасибо за понимание, — холодно поблагодарил Лелик.
— Я о вашем произволе доложу директору, я напишу жалобу в министерство, вы у меня попляшете, — прошипела Пенелопа.
— Пишите куда хотите, но я бы посоветовал вам искать новое место работы.
Лелик первым вышел из кабинета, и за ним мы все. В классе остались только Пенелопа и Щукин.
— Мы ничего не воровали у этой дуры, — доказывал Комар, он словно боялся, что Лелик ему не поверит.
— Мог бы мне этого не говорить! — невозмутимо произнес Лелик. — Через десять минут наблюдаю всех вас в детдоме, — скомандовал он.
— Нет, — твердо произнес Никита, — мы опоздаем. Нам необходимо поговорить со Щукиным. Это все он подстроил!
Лелик остановился в нерешительности.
— Хорошо, я буду вас ждать в воспитательской, — выдавил он из себя.
Когда Щука вышел через пять минут из класса, в коридоре его терпеливо дожидался Никита, на подоконниках коридора, как встревоженный улей, сидел весь класс.
— Щука, стой! — крикнул Никитон. — Ты Пенелопины деньги подложил Аристарху в сумку?
— Окстись, Никитон, — Щука изобразил на своем лице недоумение и заморгал невинно глазами. — Сафрон с Комаром сами их украли у бедной Пенелопы.
— Никогда не думал, Макс, что ты опустишься до такой низости, — в сердцах выкрикнул Никитон.
— Засохни, Смирнов, — раздраженно ответил Щука.
— Сам засохни!
Щука подбежал к Никитону и с размаху ударил его ногой в бок, Никита от боли согнулся в две погибели.
— Я же тебе сказал — не сокращайся, — с остервенением произнес Щука.
— Макс, — отдышавшись, произнес Смирнов. — Я вызываю тебя на “честный поединок”.
Лица бывших друзей были напряжены до предела.
— Я ж тебя раздолбаю, как дятел спичку, — сиплым голосом произнес Щука.
— Клювик не сломай, — живо парировал Никита.
— Смирнов, — неистово закричал Щука, — не провоцируй меня.
— Я не провоцирую, — спокойным тоном ответил Никита.
— Где и когда? — резко спросил Щука, он понял, что Никита с ним не шутит. — Если тебе так сильно хочется быть боксерской грушей, — Щука криво ухмыльнулся. — Только я жалеть тебя не буду, — предупредил он сразу.
— Сегодня в спортзале, сразу после ужина.
— Кто будет судьей? — по-деловому спросил Щука.