– Я не могу идти, – слабо выговорила Этель. – Я прикована к стене.
– Прикованы? – изумился сыщик.
– Да, прикована, мистер! Мою талию охватывает железный пояс, а от него идет к стене цепь. Посмотрите!
Ник Картер осмотрел цепь и увидел, что она проведена к кольцу, вделанному в огромный камень, и заперта на замок.
Сыщик быстро вынул изобретенную им самим отмычку, и через несколько минут цепь, гремя, упала на пол – Этель Пайн была свободна!
– Скажите, пожалуйста, – осведомился Ник, – зачем вы там, на зеркале, написали, что ваш похититель высокого роста и брюнет? Ведь он же блондин!
– Да, но тогда он, вероятно, выкрасил волосы или надел парик, – послышался ответ.
– Так. Ну, а голос? Ведь вы могли его узнать по голосу?
– Представьте себе, он так искусно его изменил, что я поняла, с кем имею дело, только когда мы были здесь, в этом ужасном подземелье!
– А как вы спустились сюда? – продолжал Картер допрос. – По лестнице?
Этель кивнула головой.
– Каким образом уходит отсюда Мейерс? Он пошел не в ту сторону, с которой попал к вам я.
– Он проходит каким-то тоннелем, который, по его словам, выходит к той скале, в которой выбита эта пещера.
– Вы позволите мне поискать этот тоннель? – любезно обратился к девушке сыщик. – Вам не будет страшно остаться на несколько минут одной? Я опасаюсь, что подъем по лестнице будет вам не по силам.
– Сделайте одолжение, – согласилась Этель. – Я так долго пробыла здесь, что несколько минут немного прибавят к моим страданиям.
– Я потороплюсь, – успокоил ее сыщик и скрылся.
«Тоннель», как назвала девушка ход, был невелик, так что Картер легко нашел выход из подземелья. Он уже возвращался назад, когда слух его поразил отчаянный вопль Этель.
С быстротой молнии сыщик помчался к пещере.
Крик повторился, и вслед за ним раздался дикий хохот помешанного: Мирон Мейерс вернулся, и мисс Пайн снова была в его власти!
Не разбирая дороги, сыщик мчался вперед. Последний поворот – и глазам его представилась пещера. Увы! Она была… пуста!
Картер кинулся к лестнице и сквозь густую сеть сплетшихся под землею корней сикоморы увидел мелькавшее платье девушки. Началась отчаянная погоня.
Мейерс обладал силой помешанного: он, как стрела, мчался через кустарник, не обращая внимания на препятствия. Девушка висела у него на одной руке, другой он раздвигал ветви.
Хотя дорога была хорошо знакома сыщику, но против озверевшего сумасшедшего бороться было довольно трудно. Как взбесившаяся лошадь, он делал громадные скачки, перепрыгивал кусты и большие камни, так что сыщик сильно отстал от него. Брезжило утро.
– Уйдет! – с болью проговорил Ник. – Осталось одно…
С этими словами он вынул револьвер и направил его в Мейерса. Однако, Картер должен был отбросить это намерение: легко могло случиться, что пуля попадет не в помешанного, а в его жертву.
Когда Мейерс добежал до своего дома, расстояние между ним и Ником не уменьшилось, если только не увеличилось. Рванув дверь, сумасшедший вскочил в спальню, схватил принесенную утром черную сумку и с диким хохотом выбежал в кухню.
В это время Картер добежал до дома. С поднятым револьвером в правой руке он ринулся к двери. Мимо него, как вспугнутая лань, пронеслась Этель.
– Кровь, кровь, кровь! – дико доносились из кухни вопли помешанного.
Великий сыщик появился на пороге. В тот же момент Мейерс взмахнул рукой и швырнул черную сумку в огонь печи.
Раздался выстрел Ника, и в то же мгновение сыщик почувствовал, как дрогнула земля, затрещал дом и что-то толкнуло его в плечи.