– Вы правы, мистер Картер, – согласилась она. – Внутренний голос говорит мне, что вы спасете мою племянницу. Спрашивайте! Я возьму себя в руки и постараюсь ответить точно на все ваши вопросы!
Ник Картер быстро перешел к делу…
– Не знаете ли вы кого-нибудь, кому похищение мисс Этель было бы выгодно?
– Нет! Никого такого не знаю!
– Хорошо! Далее: нет ли кого-нибудь, кто был бы заинтересован в смерти вашей племянницы?
– Тоже нет.
– Не знаете ли вы среди поклонников мисс Этель человека с горячим, необузданным характером, который решился бы на подобное насилие? – не унимался Картер.
– Нет! Безусловно нет! – с ужасом отстранилась мисс Бетси.
– У вашей племянницы могли быть враги?
– Это невозможно! Этель все любили и любят: она сама нежность, любезность и скромность. Повторяю, ее любили все!
– Этого вполне достаточно для того, чтобы возбудить ненависть в ком-нибудь из подруг мисс Этель.
– Нет, и этого не могло быть! Племянница жила очень уединенно, больших знакомств у нее не было, а те немногие подруги, которые бывали здесь, просто боготворили ее!
– Но ведь согласитесь сами, – немного недовольным тоном произнес Ник Картер, – что похищение вашей племянницы должно же иметь основания. Ради Бога, хорошенько припомните! Не знаете ли вы, например, какой-нибудь женщины, молодой или старой, которая бы ревновала кого-нибудь к мисс Этель или вообще, недолюбливала ее?
– Нет… – начала было мисс Бетси и, вдруг спохватившись, добавила, – впрочем, да! Год тому назад нас удивило предложение, сделанное Этель одним молодым человеком, считавшимся женихом некой мисс Слейтон.
– Кто эта мисс Слейтон? – спросил сыщик.
– Она живет приблизительно в одной миле от нас, в большом белом доме, мимо которого вы проезжали, когда ехали сюда.
– Ага! Теперь припоминаю! Как зовут эту мисс Слейтон?
– Кора, – последовал ответ.
– А как зовут сделавшего предложение молодого человека?
– Рейбен Гатфильд.
– Ваша племянница отказала ему? – осведомился Картер.
– Да! Отказ был высказан хотя и в категорической форме, но в таких деликатных выражениях, что не мог ни обидеть, ни оскорбить молодого человека!
А что вообще за человек этот Гатфильд? – продолжал допытываться сыщик.
– Это джентльмен, в полном смысле слова! По-моему, он выше всяких подозрений.
– Тогда зачем вообще вы упомянули об этом инциденте? – с недоумением произнес Картер.
– Потому что мне вспомнилось, как Этель рассказывала, что Кора, будучи ее подругой, вскоре после этого перестала с ней здороваться.
– А… – многозначительно произнес сыщик. – Что же, состоялось примирение между подругами?
– Не думаю, – медленно проговорила Бетси Вандерполь.
– Гм… Нельзя ли что-нибудь выяснить, идя по этому направлению? Во всяком случае, за это сообщение я вам очень благодарен.
С этими словами Ник встал и пошел к двери.