– Не похоже, – заметил Ник Картер.
Каддль, помолчав немного, заговорил:
– Могу вам сказать только одно, мистер Картер! Я два раза уже собирался ехать к вам в Нью-Йорк, чтобы поговорить с вами, правда, еще до того, как я попал в тюрьму. Затем я два раза намеревался вызвать вас сюда в надежде на то, что вы мне поможете!
– Когда именно это было?
– В первый раз вскоре после того, как я был отлучен, а во второй раз несколько дней спустя после моего прибытия в тюрьму!
– Я вас положительно не понимаю, Каддль! – воскликнул Ник Картер, глядя на арестанта. – И больше вы ничего не хотите мне сказать?
– Нет, мистер Картер! При всем желании не могу! Дайте мне хоть подумать! Начальник тюрьмы, конечно, знает ваш адрес, а я спустя некоторое время сообщу вам все, что вам угодно знать!
– Хорошо! Теперь нам больше говорить не о чем, – произнес Ник Картер и нажал кнопку электрического звонка.
Явился начальник тюрьмы. Каддль уже встал и стоял у двери.
– Вы закончили, мистер Картер? – спросил начальник тюрьмы.
– Да.
Был вызван надзиратель, который отвел Каддля в его камеру.
Ник Картер пересказал начальнику тюрьмы всю свою беседу с Каддлем и закончил словами:
– Будьте уверены, каждая нитка, изготовленная Каддлем, представляла собой какое-нибудь извещение, даже та, которую он делает для вашей дочери.
Начальник тюрьмы был глубоко возмущен тем, что Каддль провел его, и он, несомненно, выместил бы свою злобу на арестанте, если бы Ник Картер не успокоил его.
– Не наказывайте его, – сказал он, – конечно, не из-за того, чтобы потакать ему, а для того, чтобы уличить его в его проделках. Я ему дал понять, что ничего не скажу вам об его секретных извещениях, так что, если вы оставите его в покое и не дадите ему понять, что посвящены в его тайну, то он будет спокоен и даже, пожалуй, попробует снова послать кому-нибудь такое своеобразное извещение.
– Вряд ли он попадется в эту ловушку! Слишком он хитер для этого!
– Возможно, – согласился Ник Картер, – но попытаться все-таки можно. Как только он изготовит новую нитку, вы ее тотчас же захватите и пришлите мне, когда узнаете, кому она предназначалась. А я затем лично передам эту нитку адресату.
– Знаете ли, мистер Картер, что я думаю?
– Именно?
– Мне кажется, он замышляет бегство из тюрьмы, и запасается содействием своих друзей и сообщников.
– Не думаю, – возразил Ник Картер, – по-моему, он совершенно не помышляет о бегстве. Напротив, ему, по-видимому, безразлично, сидеть ли полтора года или весь срок. Кроме того, раз он находится в тюрьме, никому в голову не придет обвинить его в соучастии в преступлении, совершаемом его друзьями. Впрочем, он мне сказал еще вот что: два раза уже он собирался дать мне все необходимые сведения, и оба раза он предпочел молчать. В конце концов, он попросил дать ему время на размышление и обещал известить меня через вас, когда придет к определенному решению. Возможно, что он пожелает видеть меня лично, тогда вам нужно будет протелеграфировать мне только одно слово «четки». Если меня не будет в Нью-Йорке, то телеграмма будет передана мне вслед.
– Все будет сделано, мистер Картер.
Начальник тюрьмы был весьма озабочен: ему казалось, что Каддль – член шайки преступников, который держал связь с ними и давал распоряжения для совершения преступлений через свои четки.
– Следующим поездом я уезжаю в Вашингтон, – сказал Ник Картер, берясь за шляпу и перчатки, – повторяю: Каддль ничего не должен знать, иначе мы ничего не добьемся.
Глава VII
Пустая карета
В шесть часов вечера Ник Картер вернулся в Вашингтон. На вокзале его ждал Патси, которого он известил телеграммой о часе своего прибытия.
– Ну, что тебе удалось узнать? – спросил Ник Картер, поздоровавшись со своим помощником.
– А я как раз хотел спросить то же самое у вас, – рассмеялся Патси.