Сотворение миров (сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я побежала, — сказала Варвара, спрыгивая с подоконника, — надо отобрать у Полупегаса все снимки, а то как бы чего снова…

Гюрг успел поймать ее за хлястик:

— Ты куда? Чтоб я тебя еще хоть раз одну отпустил!

— И аппаратуру эту уникальную надо отключить и запрятать…

— Я бы кувалдой ее, уникальную! С хозяйкой в придачу. И полуроботу твоему манипуляторов надо бы поубавить… Но мы с ним поступим по-другому. Мы с ним знаешь что сделаем?

— Что? — послушно отозвалась Варвара.

— Мы его… выставим за дверь. Чтобы не подглядывал.

— А зачем?

Он резко наклонился над ней, и ресницы, неправдоподобные его ресницы так и брызнули в разные стороны — казалось, они сейчас полетят, словно иглы у дикобраза, и веселые голубые черти беззвучно заплясали у него в глазах.

— Кофе варить!!! — простонал он, хватаясь за голову.

И вот тут-то ей и стало страшно, потому что больше не было между ними никакой беды.

Она поспешно отступила, краснея и, конечно, нелепо натыкаясь на ящик, которым была задвинута дверь. Ей вдруг показалось, что вместе с защитным полем растаяли и стенки метеобудки, и теперь все одиннадцать человек, галдевших на крыше биокорпуса, притихли и снисходительно, насмешливо наблюдают за ними.

Она отчаянно пихала ногой тяжеленный ящик, но он не поддавался, и она, чувствуя, что от этих усилий и окаянного смущения становится уже не красной, а коричневой, бормотала первое, что пришло — и, естественно, совсем некстати — в голову:

— Какой там кофе… На чем его варить — на генераторе защитного поля, что ли? Все ж демонтировано, голые стены…

— Да ты что, Барб?.. — с безмерным и все еще веселым удивлением проговорил он, — что ты, Барбик, Барабулька, Барбарелла, Барбиненок мой?..

— Да выпустите же меня! — в совершенном отчаянье крикнула она, и голос ее сорвался на писк, и все окончательно смешалось — и страх, сопутствующий исполнению самого невероятного желания, и стыд от того, что одиннадцать весьма скептических умов догадываются о происходящем, и шальная радость догадки — не сейчас он придумал эти смешные, нежные словечки-бормотушки и, значит, давно уже про себя называл ее так, и досада на себя, что не посмела назвать его на «ты»…

— Ну пожалуйста… — совсем тихо добавила она.

Он смотрел на нее во все глаза, и лицо его становилось каким-то мягким — пропал жесткий очерк губ, скулы округлились, и даже стрельчатые ресницы, кажется, легонько загнулись кверху.

— Господи, да ты, оказывается, еще и трусиха! — проговорил он так восторженно, словно во всей Вселенной смелых было пять миллиардов, а трусиха — она одна.

Он отступил на шаг и почтительно подал ей руку, одновременно точным пинком отшвыривая ящик. Дверь кракнула, сорвалась с петель и вывалилась наружу, громыхая по ступеням. Варвара вылетела вслед за нею и подставила горящее лицо влажному хлесткому ветру. Дали небесные, какая же она дура! Другая выплыла бы по-царски, вся в командорской нежности, как в горностаевой мантии, а потом, уже при всех — «Гюрик, поменяй мне батарейку в десинторе…»

Не умеет она так. Не уродилась. Да, не повезло бедной Степухе с обитателями: с одной стороны, зверюги клетчатые, с другой — растяпы усатые… Она вздохнула и, как приличествует вздыхающему, подняла глаза к небу.

На блекло-желтом фоне, как белые хризантемы, распускались ложные солнца. Они окружали настоящее светило, сегодня особенно тусклое, словно намеревающееся погаснуть, не дожидаясь заката; их призрачные лучи поочередно вспыхивали отраженным светом и тут же гасли, едва угадываемые. И в этом несоответствии желтизны тамерланского светила и ледяной мертвенности его надоблачных отражений Варваре снова почудилось что-то жуткое и неопределимое.

— Смотри-ка, — удивился Гюрг, вставая рядом с ней на пороге, — хватает пороху на световые эффекты! А я-то думал, у него все обмотки погорели и программы застопорились… М-да. Интуиция мне нашептывает, что по этой кастрюле истосковался хороший водородный заряд. Однако пора…

Варвара предостерегающе вскинула руку.

Полоска зелени, отделявшая прибрежную полосу от поселка, превратилась в сплошной заградительный вал из вырванных с корнем деревьев, всевозможных обломков и спутанных водорослей; сейчас через эту баррикаду кто-то с усилием продирался. Робот? А если нет — то кто же?

Гирлянда морской капусты, свисавшая с поваленного ствола, сорвалась, и на пляж, отчаянно встряхиваясь, выскочил олененок-бассет с длинными замшевыми ушами. Он пугливо озирался, переступая копытцами, словно прислушивался — что же его сюда позвало? И, учуяв источник этого неодолимого зова, он неуверенно двинулся к морю, обходя илистые воронки, высверленные смерчами. Следом за ним, пятясь и выдирая из клейкой зеленой массы притупленные рожки, показалась громадная пещерная лама — стряхнуть водоросли ей так и не удалось, и она понесла их на себе, точно развевающееся зеленое знамя. А завал уже трещал, сокрушаемый мерными ударами, пока наконец на пляж не вывалилась рыжая туша карликового мамонта — его можно было бы принять за детеныша, если бы не охристо-красные бивни; следом за ним в образовавшийся пролом хлынули звери. Голубые верблюжата, сурки-иноходцы, коробчатые игуаны, муравьед-полоскун… Впервые, вероятно, увидев море, они вздрагивали и цепенели, врываясь когтями и копытами в битую гальку; но неслышимый людям призыв упрямо тянул их к воде, и они, обреченно раскачавшись, сдвигались с места и брели, брели навстречу мелким зеленоватым волнам, уже подернувшимся золотистой пенкой, и бесцветные ненастоящие солнца ритмично возгорались и снова потухали, словно небо с трудом приоткрывало глаза и тут же снова жмурилось.

— Ты смотри-ка, — с безмерным удивлением протянул Гюрг, — и чего тут только нет… А клетчатого тапира не видно!

Варвара быстро глянула на него — неужели он до сих пор не почувствовал, что тут не удивляться нужно, а ужасаться?

Нет, не почувствовал.

— Командор, — раздался в метеорубке голос Шэда, — у нас тут впечатление, что они идут топиться на манер земных леммингов. Может, успеем протянуть между ними и морем линию защиты?