У-у, как они привыкли быть единственными во Вселенной!
Она царственно повела подбородком вправо и вверх — на голос, что за плечом.
— Здесь уже имеется одна ходячая коллекция драгоценностей, так что ваше обещание — не по адресу. Простите, мне надо переодеться.
— Постойте, Барб!
Шаги за спиной, треск и грохот — так ищут что-то в спешке — и снова шаги, и вот на голые плечи опускается что-то прохладное и шуршащее — кремовая форменная куртка стратегического разведчика.
— Благодарю вас, — как будто это нечто само собой разумеющееся.
Она влезла в рукава, старательно подвернула обшлага — оставлять внакидку значило бы придать этому какой-то временный, случайный оттенок. А так — пусть полюбуются. И Сусанин, и Темрик, и его краса ненаглядная, шкатулка малахитовая. Можно представить, какие у них будут физиономии!
Воображение Варвару не обмануло — физиономии были соответствующие. И только за столом «альбатросов космоca» — хохот, элегантные шуточки, словно день как нельзя лучше удался.
— Да что они веселятся? — тихонечко шепнула Варвара Шэду. — С форафилами бессмыслица, янтарь я упустила…
— А это наша работа, лапушка, — отступать. Вы что думаете, мы громим, крушим, покоряем? Мы тыркаемся — и отступаем. Снова тыркаемся — и снова отступаем. Если отступили без потерь, — значит, день прошел удачно. Вот и веселимся.
— А насчет трамплина — это здоровая идея, — подал голос с левого угла стола Лex — единственный, у кого чуть заметно намечалось брюшко. — Только, естественно, не пружинный, а левитационный — получаешь импульс и мягко планируешь прямо за стол.
— Ну да, а если я в весе пера? — возразил Джанг. — Куда я приземлюсь, с вашего разрешения?
— А мы Петрушку зачислим в тренеры, он скоординирует.
— Кстати, кто видел Петрушку?
— Да, за обедом Ригведаса видели? — всполошились «альбатросы».
Насчет обеда никто ничего определенного припомнить не мог, а вот сейчас младшего научного снова не было за столом.
— Не иначе, как он присоединился к своему Тогенбургу, — предположил Хай. — «Не украшенный надеждой, он оставил свет», если я не перевираю Жуковского.
— Шиллера, — тихонечко поправил Гюрг.
— Один черт, надо только припасов им подбросить. Сухарики где-нибудь остались?
— Еще в обед все уволокли, — недовольно отозвался со среднего стола Кирюша Оленицын. — Одни галеты на камбузе.
— Давай галеты. Командор, мы свободны?
— В двадцать один ноль-ноль просмотр дневных материалов, для желающих.
Варвара поднялась:
— А кто желает видеть сны?
— Тех проводят до дому.
— С вашего разрешения, мэм?
— Барб, кто из здешних мудрецов так точно и полно назвал вас… э-э-э… мохнатой коброй?
— Все!!!
Так, слово за слово, проводил до коттеджа. Без разрешения.
— А туча как стояла, так и стоит. Вероятно, ночью будет сильная гроза. Вы не боитесь, Барб?