Кап, иди сюда!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Да, Невредимка был смельчак. Ему ничего не стоило на одной ноге прыгнуть со стула на тахту, потянуть за хвост любую собаку во дворе или проехаться по коридору на соседкином венике…

Но про Димку, к сожалению, этого не скажешь. Не был он смелым — Димка. Даже во сне он всё больше видел страшное. И чаще всего пустую тёмную комнату, а в углу что-то серое. Оно чётко выделялось на чёрном фоне, — так иногда на ночном небе бывают видны дымчатые тучи. Потом это серое начинало шевелиться и приближалось к Димке, а он вскрикивал и просыпался. Или во сне старался изо всех сил переменить этот сон на другой.

А наяву было ещё хуже. Димка боялся Тошку, потому что тот умел здорово дразнить. Как начнёт, как начнёт: «Толстый Дим тире жиртрест занимал всегда пять мест…» Или что-нибудь ещё. Лучше бы Димку стукнули, а не дразнили. Но когда его стукали, он тоже не умел как следует ответить — начинал без толку размахивать руками, бледнел и так злился, что забывал, куда нужно ударить и что сказать… Не знаю, бывает с вами такое, а с Димкой очень часто.

Ещё он боялся, что на физкультуре девчонки будут смеяться, когда он прыгает. И на катке тоже. Поэтому он не играл с ребятами в хоккей и даже в футбол.

Но самое неприятное было, когда во дворе к нему начал приставать Вася. Его все так уважали за силу, что даже не называли Васькой. Этот Вася невзлюбил Димку и, где ни встретит, обязательно или толкнёт, или щёлкнет. Проходу не давал. Да ещё имя дурацкое придумал: «Килька». «Эй, Килька, пойди сюда!»

Димке не хочется, а идёт. Делает вид, что ничего особенного, так и нужно, что они, может быть, даже немного дружат. Ведь Вася не такой взрослый — он в шестом классе, хотя по виду можно подумать, что в седьмом… Димка идёт, а сам бледнеет и злится так, что забывает, как ответить и что сказать.

А Вася спросит что-нибудь вроде: «Как дела, Килька? Так или сяк? Отвечай!»

Ответишь «так» — щелчок, скажешь «сяк» — то же самое…

Иногда, лёжа в постели, Димка представлял, как завтра в школе скажет Тошке такое, что тот на всю жизнь замолчит… И Маринка тоже смеяться перестанет… А Васе он устроит…

Но тут Димка засыпал, а назавтра всё шло по-прежнему.

Невредимка жил в гостях уже месяца полтора. Он так поправился, что Димка начал его дразнить Тошкиной дразнилкой: «Толстый Дим тире жиртрест занимал всегда пять мест…» Невредимка совсем не обижался и всегда отвечал одно и то же:

— Сам.

В конце апреля стало так тепло, что окна целый день были настежь. Только к ночи их закрывали — потому что первый этаж.

Как-то вечером Димкины папа и мама уходили вместе.

— Вернёмся очень поздно, — сказал Димкин папа. — А может, и рано утром. У Куликовых новоселье. Сам понимаешь.

Димка понял и не спросил, как обычно: «Во сколько придёте?»

— Будете ложиться, — сказала мама, — форточку оставь, а то задохнётесь. А окно запри на задвижку.

Родители ушли поздно. Потому что Димкина мама долго собиралась, и папа сердился. А потом вдруг папа сказал, что к подарку надо обязательно написать стихи, иначе неудобно да и неизвестно, чей подарок. Не будешь ведь на нём писать свою фамилию, как на мешке для галош. Папа стал сочинять, но ничего не выходило.

— С чем рифмуется «подарок»? — спросил он Димку.

Димка подумал.

— «Палок», — сказал он наконец.

— Плохо, — сказала мама. — «Чарок».

Но папа уже придумал:

— «Примите к новоселью подарок дорогой», — сказал он. — Это начало. А дальше так…

— «Дорогой» нельзя, — сказала мама. — Неприлично.

— Это же для рифмы, — сказал Димка.

— Ладно, — сказал папа. — Пойдём. По дороге придумаем… «Примите к новоселью подарок тра-та-та…»

И они ушли. Перед уходом мама уложила Невредимку спать и сама закрыла окно.

Димка повалялся на тахте, немного почитал, два раза открыл дверцу шкафа, чтобы взять конфету, а потом ему стало скучно, и он чуть не разбудил Невредимку. Но вспомнил, что нельзя, и вместо этого ещё два раза открыл дверцу шкафа.

Потом опять почитал, попил воды и начал стелить постель. Уже когда лежал в постели, он вспомнил, что, кажется, забыл умыться, но сразу перебил сам себя и стал думать о другом.