Москвичи и москвички. Истории старого города : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Имея большой опыт по чтению лекций студентам, по написанию учебников, Ломоносов предложил основать в Москве университет и сам разработал программу его устройства. Эти его «предположения» вошли в сенат как «Доношение» от имени влиятельного вельможи и поклонника поэтического творчества М. В. Ломоносова — И. И. Шувалова.

Позднее историк, филолог, профессор М. А. Максимович написал:

Указ об учреждении в Москве университета императрица Елизавета подписала 13 января 1755 года (в переводе дат следующего века — 12 января, а по современному календарю — 25 января). Страна получила новую кузницу по подготовке высокого уровня специалистов, а московская студенческая молодежь — незабываемый праздник в середине зимы с особым почитанием всех Татьян.

Ломоносов был первым русским ученым. Он заложил основы физики, физической химии, минералогии, кристаллографии, языкознания, филологии, многих других наук, полезных для хозяйства и промышленности, первым в России сделал успешную попытку по созданию научной физической карты мира, чем поднялся на высокий уровень европейских ученых-энциклопедистов. По мнению известного литературоведа Ю. М. Лотмана, Ломоносов владел, по минимуму обиходных знаний, приблизительно тридцатью мировыми языками.

М. В. Ломоносов надеялся, что «в пространном сем государстве высокие науки изберут себе жилище и в российском народе получат к себе любовь и усердие». Все его помыслы были во славу и процветание родной России.

В память о Екатерине II

В старые времена говаривали, что Москва не любила Екатерину Великую. И это несмотря на то, что императрица всячески способствовала украшению города, его благосостоянию, делала вклады в благотворительность. А если ей пришлось бы за свои добрые дела отчитываться, то в списках замечательных городских сооружений непременно стояли бы: линии водопровода, Воспитательный дом, гранитные набережные Москва-реки, здание Сената, Генерал-губернаторский дом на Тверской, Путевой дворец в Петровском парке, возобновленные кремлевские соборы. Все они, по сути, несут память о ее трудах, заботе, попечении.

В построенном Екатериной здании Сената (арх. М. Ф. Казаков), иначе — Московских Судебных установлений (где позднее размещались Окружный суд, Межевая канцелярия, Совет присяжных поверенных, архив) под огромным куполом находилась Круглая зала (она же — «Екатерининская»). В каждом из 18 настенных горельефов Круглой залы можно найти сходство с самой царицей. Ваятели (предположено, что ими были скульпторы Г. Замараев и И. Юст) представили ее как гения добра — в виде богини мудрости Минервы. Каждый образ — это действующее лицо в разных событиях, связанных с историей России. Сюжет, имевший номер «№ 12» и название «Погибавших сохраняет», считался самым замечательным. Горельеф изображал Минерву, окруженную детьми. Сзади нее — здание московского Воспитательного дома, основанного императрицей, справа — Сатурн, пишущий слово «Бессмертие»…

В настоящее время краеведы и специалисты по искусству ведут хлопоты по возвращению на старое место низвергнутого в революционных преобразованиях, но сохранившегося памятника Екатерине работы В. И. Демут-Малиновского. Скульптура была установлена в 1834 году в отдаленной от Москвы (несколько километров от станции Кучино по Горьковскому направлению железной дороги) деревне Фениной, что на речке Пехорке.

А непосредственно в Москве и ближнем пригороде значительными памятниками в традиционном смысле (то есть — объёмными монументами) стали три статуи и колонна посвящения Екатерине II.

Одна из статуй предстала перед взорами посетителей 21 апреля 1812 года в нарядном зале Благородного собрания на Моховой. Спустя совсем короткое время, в варварское наполеоновское нашествие, фигура упала с пьедестала, вследствие чего у нее отбилась рука и от герба отлетела орлиная голова. Памятник был отнесен к числу потерь в ту Великую Отечественную войну. Правда, в исторических материалах 1902 года можно обнаружить информацию о том, что в начале века в Круглой гостиной Благородного собрания снова стояла статуя Екатерины И. Остается открытым вопрос: «Тот ли это был памятник?»

Другую величественную Екатерину могли видеть обыватели, прогуливавшиеся вблизи Петровского Путевого дворца. Фотографическое изображение этого памятника начала XX века сохранилось: «Жена Великая» стоит перед дворцом на постаменте (в виде тумбы) с жезлом в левой руке.

Еще задолго до кончины императрицы Екатерины Второй (это скорбное извещение Россия получила 6 ноября 1796 года) хозяин кунцевского имения задумал установку памятной колонны перед фасадом своего барского дома. На вершине монумента красовалась громадная литера «Е», осененная императорской короной. С южной стороны колонны было написано: «Столб, первый сибирский мраморный, привезенный в Санкт-Петербург в 1769 году. Поставлен в селе Кунцеве в 1841 году», а с северной стороны, обращенной к дому, в воспоминание о дарении усадьбы: «Пожалована Её Императорским Величеством Екатериною II в 1769 году господину обер-шталмейстеру Льву Александровичу Нарышкину».

Впоследствии у колонны, называвшейся не иначе как «памятник Екатерине», сложилась добрая традиция: здесь в праздники собирался, гулял, водил хороводы простой народ, а в день святых Петра и Павла (29 июня) старые владельцы, а потом и новый барин К. Т. Солдатенков, всегда раздавали крестьянам подарки…

В архивах Московской городской управы есть документ, в котором отмечено, что Думою в 1888–1889 годах предполагалась установка на Воскресенской площади в 1890 году памятника императрице по модели скульптора М. М. Антокольского. Правда, вскоре Дума изменила это решение, и при своем переселении в 1892 году во вновь отстроенное здание запланировала в недалеком будущем поставить статую царицы внутри помещения.

Такой день настал в августе 1896 года: в Думе появился памятник императрице из каррарского слегка сероватого мрамора (во весь рост: высотой в 3,5 аршина и весом около 175 пудов), который водрузили в Большом зале Мосгордумы слева от входа, перед средней аркой, предварительно заложенной кирпичом. Вдень столетия со смерти Екатерины состоялось его торжественное открытие.

Академик А. М. Опекушин от души вложил в свое творение верноподданнические чувства. Пьедестал из порфира был возведен на основание-ступеньки из серого финляндского гранита. Голову Екатерины венчала золоченая малая корона, в правой руке — бронзовый скипетр, также золоченый, а левая как бы отбрасывала назад надетую на императрицу порфиру. Бюст императрицы пересекали лента Андрея Первозванного и цепь этого ордена. На красном пьедестале — бронзовый вызолоченный картуш с инициалом Ее Величества, окруженный лавровыми ветвями. У самого подножия постамента, на первой ступеньке к нему, лежал золоченый лавровый венок с пальмовой ветвью — из бронзы.

Интересным, на мой взгляд, является описание современником чествования заслуг Екатерины в день столетней годовщины со дня ее смерти. Вот краткое его изложение.

6 ноября в 10 часов утра в Архангельском соборе Кремля прошла заупокойная литургия, а после нее — панихида.

Оттуда к половине четвертого часа в Городскую думу прибыли Московский генерал-губернатор Великий князь Сергей Александрович с супругой Великой княгиней Елизаветой Феодоровной в сопровождении лиц свиты. Их Высочества были встречены городским головою К. В. Рукавишниковым. Все проследовали в Главный зал Думы.

На помосте, расположенном справа от входа в зал, были поставлены святыни, перед которыми преосвященным Тихоном, епископом Можайским, в сооружении многочисленного духовенства прошла еще одна торжественная панихида по Екатерине II. Здесь же помимо названных персон присутствовали: Московский губернатор А. Г. Булыгин, Московский вице-губернатор Л. А. Боратынский, Московский комендант генерал-от-артиллерии С. С. Унковский, управляющий канцелярией Московского генерал-губернатора гофмейстер Высочайшего Двора В. К. Истомин, Московский почт-директор К. Г. Радченко, товарищ (то есть — заместитель) Городского головы Н. Н. Щепкин, представители сословных управлений, члены Управы, гласные Думы и многие другие приглашенные почетные лица города и дамы высшего общества.

Задрапированный белой материей памятник ожидал внимания к себе в противоположной от помоста стороне зала. Когда богослужение закончилось, все обратили взоры на академика А. М. Опекушина, а тот торжественно подошел к своей работе и снял со статуи накидку. После этого преосвященный Тихон окропил мраморную фигуру священной водой, и Городской голова сказал перед присутствовавшими речь со следующими словами:

По окончании выступления господин Рукавишников вместе с господином Щепкиным возложили к подножию памятника перевязанный черной шелковой муаровой лентой лавровый венок с надписью: «От города Москвы».

Статуя эффектно выделялась на фоне оливкового цвета плюшевой драпировки. Она была расположена под малиновым бархатным балдахином с золотыми кистями, на верху которого красовалась золоченая императорская корона. По бокам стояли украшения из тропических и других цветущих растений…

Долгое советское время Москва была лишена монументальных изображений Екатерины на улицах, площадях, в других публичных городских местах.

Прошедшая осень преподнесла мне неожиданный сюрприз: при Посещении вновь построенного Царицынского дворца я вдруг увидела давно забытую статую из здания Городской думы (превращенного в Музей вождя В. И. Ленина) на Воскресенской площади. Памятник стоит в новом красивом белом зале с позолоченной лепниной. Правда, не в том шикарном убранстве, как раньше, именно для статуи затеянном. К сожалению, к нашим дням утрачены многие детали полной композиции. Но великое чудо: мраморная Екатерина за полное страшных событий столетие не погибла, не исчезла! Ее сохранили заботливые руки и сердца («лиц кавказской национальности»?) где-то в добро-христианской Армении! Поклон им от москвичей.

Однако вот незадача: Царицыно весьма отдалено от центра Москвы, от тех памятных мест, где так ярко проявились инициативы государыни. Старая Москва имеет свои вполне определенные границы. Для выражения чувств благоговения и признательности к деяниям Екатерины простому обывателю так далеко ехать неудобно. Было бы неплохо переместить завещанное городу творение Опекушина в более открытое для москвичей и гостей столицы (закрытое лишь от непогоды и вандализма) помещение. В прямом и переносном смысле: вход в новый прекрасный дворец Царицына по удаленности и цене билетов не всем доступен.

К тому же насильственное помещение образа Екатерины в стены дворца, строившегося на местности «Черная Грязь», который при своем визите императрица сравнивала с сырой темницей… туда, где ей всё не нравилось — явление, согласитесь, немного странное.