— Ты совершенно прав, — согласился я.
Следующий инцидент был не настолько серьезным, но почему-то он встревожил меня куда сильнее и заставил задуматься.
У меня была «сцена» с клиенткой по имени Люсиль: ломкие светлые волосы и жилистое тело. От нее слегка попахивало спиртным, взгляд был остекленевшим.
Она оглядела мою квартиру и заявила:
— Незавидное местечко.
— Вы совершенно правы, — согласился я.
Я принес ей бокал белого вина, она чуть-чуть пригубила его и тут же воскликнула:
— А ничего получше этих помоев не найдется?
— Боюсь, что нет.
— Как давно вы занимаетесь этим бизнесом?
Я постарался обратить ее гнев в шутку:
— Вы хотите узнать, что такой славный парень, как я, делает в подобном отвратительном местечке?
— Сколько вы получите на руки?
— Вам лучше спросить об этом у Марты.
— И сколько мужчин участвует в деле?
Вопрос сыпался за вопросом: сколько у меня таких встреч в неделю? Только в этом месте или есть еще и другие? Случаются ли неприятности с полицией?
Я старался уходить от ответов как можно вежливее, но расспросы страшно меня раздражали, и я проявил себя на сей раз хуже, чем обычно. Но она не жаловалась.
— Вы обслуживаете геев? — продолжала она, уже одеваясь. — Принимаете садомазохисток? Интересуетесь съемками фильмов? Участвуете в групповом сексе?
Я был рад наконец-то избавиться от нее. Проводил ее к такси («Умный жест», — прокомментировала она) и призадумался: может, она из полиции?
Потом я позвонил Марте Тумбли и поделился с ней своими опасениями. Лично она с Люсиль знакома не была — ее порекомендовала одна из «подружек подружек».
— У нее в сумочке была спринцовка? — спросила Марта.
— Не знаю, она ходила в ванную. А почему ты спрашиваешь?
— Да так… Похоже, эта дамочка кое-что соображает в нашем бизнесе.
Глава 38
В один из дней позвонил Сол Хоффхаймер и попросил приехать. Когда я вошел в офис, он даже не повернулся: сидел, уставившись в немытое окно. Я разглядывал его профиль: обвисшие щеки, морщины, лицо человека, признавшего свое поражение. Куда девалась его былая сила и элегантность!
— Повтори-ка еще раз свое предложение, — безнадежным тоном произнес он наконец.
Я терпеливо изложил свое предложение. И мы договорились: за каждого направленного им ко мне парня — при условии, конечно, что он подойдет, — я плачу Солу сто долларов наличными.
— Скольких ты можешь прислать? — спросил я.
Сол задумался на минутку.
— Прямо сейчас — пять-шесть человек. Но ко мне постоянно приходят новые люди, а летом, после выпускных экзаменов в колледжах, клиентов будет еще больше.