Мы ехали в плотном потоке транспорта по Пятой авеню, и Марта еще раз спросила:
— Ты уверен, что видел Уилсона?
Я кивнул.
— Наверно, зря я тебе рассказал.
— Нет, не зря.
— Хочешь спросить его об этом?
— Уилсона? Господи, что ты! Пришлось бы объяснять, откуда я знаю старика.
— «О, какую паутину мы плетем…»[42]
— Перестань нести дерьмо, — сказала она, — и следи за светофором.
Глава 148
Я поставил «датсун» перед входом в «Питер-Плейс» и велел привратнику — зачисленному в штат под именем Годзилла — присматривать на ним. Марта ушла к себе в офис принимать заявки на завтраки, обеды и «сцены».
Я погрузился в привычную утреннюю рутину: обошел бар, кухню, столовую, спальни, проверяя, на месте ли сотрудники и все ли готово к открытию.
Явился Янси Барнет принимать гостей в первую смену. Костюм-тройка из мягкой серой фланели, рубашка в полоску с белым виндзорским воротничком, сочного цвета галстук. В петлице гвоздичка.
— Очень впечатляет, — одобрительно кивнул я. — По какому случаю?
— Кажется, я влюблен, — сообщил он.
— И кто этот счастливец? — спросил я, а он засмеялся. — Янс, мне надо везти Кларе Хоффхаймер ее долю награбленного, вернусь через час. Держите оборону.
Идея Клары пополнять поток жеребцов из рядов вооруженных сил, привлекая военнослужащих, находящихся в увольнении или закончивших срок службы, работала прекрасно. Удивитесь ли вы, узнав, что мы заполучили также нескольких нью-йоркских полисменов и одного служащего ФБР?
В то утро на Кларе висело жемчужное ожерелье в три ряда, и не подделка. Жемчуг, по-моему, искусственно выращенный, отличного качества. Я заметил и новое кольцо с топазом, весьма смахивающее на кастет.
Я смотрел, как она тщательно пересчитывает деньги.
— Все тут?
— Все правильно, — кивнула она, не потрудившись добавить «спасибо».
— У вас такой цветущий вид, Клара, — небрежно заметил я. — Дела идут?
— Лучше некуда.
— Оно и видно.
Она похотливо ухмыльнулась.
Была она такой же мясистой, как Марта, только вульгарней — настораживающе опасный хищник. Интересно, как умеряет ее прожорливость Октавий Цезарь? Потом я подумал, что, возможно, именно это и привлекает его.
Она вышла из-за стола и пристроилась пышной задницей на ручке моего кресла. Обвила рукой мою шею.
— Мне нравится работать с вами, Питер, — произнесла она хрипловатым гортанным голосом. — У нас много общего.
Не самая приятная новость, услышанная мною в то утро.
— И мне нравится работать с вами, Клара, — соврал я. — Это выгодно нам обоим.
[42] «О, какую паутину мы плетем» — цитата из поэмы Вальтера Скотта «Мармион».