Порочные игры (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты прав.

— У меня деловая встреча сегодня и потом интервью, — Билл устало потёр лицо, свесив ноги с кровати. — Я могу отменить это и провести весь день с тобой.

— Не нужно, — получилось слишком резко, и я попыталась смягчить ситуацию, — не хочу, чтобы из-за меня ты жертвовал своей карьерой. К тому же у меня скоро показ, и нужно готовиться к нему. Так что я позвоню сегодня своему менеджеру и проведу день с ней, — кажется, он клюнул на это.

— Хорошо.

POV Билл

Оставлять Пейдж одну означало очень сильно рисковать. Но у меня не было другого выхода. Да и вроде как ей действительно стало легче. Всё же какое-то нехорошее предчувствие, засевшее глубоко внутри, никак не хотело покидать меня. С Пейдж мы договорились, что вечером я позвоню ей и, возможно, приеду. Поэтому оставалось только погрузиться в работу и ждать вечера.

Быть сосредоточенным в течение дня, когда все мысли крутятся только о том, как твоя девушка и как помочь ей, просто невозможно. Под конец интервью, когда я пулей вылетел из помещения и сел в машину, нервно постукивая пальцами по телефону, Том не выдержал и сказал, что никуда не повезёт меня, пока я не расскажу, в чём дело. Пришлось произносить вслух всё то, что ещё недавно было трудно представить. Брат вздохнул, покачал головой и посоветовал не мучить ни себя, ни Пейдж и отвезти её в клинику. Где-то там здравый разум полностью был согласен с Томом, вот только чувства перекрыли, а эмоции полностью поглотили остатки разума.

Как можно сдать свою девушку в клинику? Насильно? О чём он вообще говорит? Пейдж не наркоманка со стажем. У неё есть проблемы с наркотиками, но она справится с ними сама. Я помогу ей. У меня же получилось самостоятельно порвать с наркотиками. Значит, сможет и она. Не хочу, чтобы на неё ставили клеймо наркоманки. Она же известная модель, как только узнают про клинику, вся её карьера полетит к чёрту. Этого нельзя допустить.

Дома никого не было. Свет везде выключен, что снова твердило об отсутствии Пейдж. Чувствуя нарастающую тревогу, я набрал номер девушки и позвонил ей. Однако телефон оказался выключенным. В голову как по щелчку начали лезть неприятные картинки. Я закрыл глаза, но стало только хуже. Тут же предстал образ Пейдж, вдыхающей белый порошок и закрывающей глаза, ловя кайф. Внутри всё свело от судороги. Неужели Том был прав? Ноги подкосились, и я устало сел на ступеньку. Что теперь делать?

Не знаю, сколько просидел в полном отчаянии, из этого состояния меня вывел входящий звонок. Когда на экране высветилось родное имя, я облегчённо вздохнул.

— Где ты?

— Прости, меня забрала Ванесса, мой менеджер. Я хотела позвонить, но так замоталась с предстоящим показом, что совсем забыла.

— Ты в порядке? — что-то настораживало в её голосе.

— Да. Ванесса контролирует меня. Не волнуйся, со мной всё хорошо.

— Когда ты будешь дома?

— Не знаю, наверное, через неделю. Сейчас идёт подготовка, потом фотосессии, ну и в конце показ. Так что не раньше, чем через неделю. Ладно, мне пора, созвонимся, ладно? — быстро протараторила она и, не дождавшись моего ответа, быстро скинула вызов.

Неприятный осадок после разговора никуда не хотел уходить. Голос Пейдж был странным. Точнее, в её интонации, в тоне что-то настораживало. Но, может, у меня просто уже паранойя? Сжав переносицу и постояв несколько минут в раздумьях, я поехал домой. Оставаться тут всё равно не было смысла.

За неделю созвониться нам удалось всего три раза. И то разговоры были короткими и малосодержательными. А всё потому, что Пейдж, как она сама говорила, чересчур занята и устала. Я смиренно глотал эту ложь, надеясь в глубине души, что интуиция меня подводит и всё это действительно правда. Вот только разум настойчиво стучал по вискам, призывая опомниться и перестать быть слепым и глухим. А я отодвигал его, отмахиваясь, как от назойливого насекомого, и продолжал верить в счастливое будущее.

Время никого не ждёт, стремительно уходя вперёд. Поглощаясь во что-то с головой, перестаёшь замечать, как пролетают дни. Счёт переходит на недели. И только потом ты, опомнившись, ужасаешься, что прошло уже три недели. Я так и не видел Пейдж. Последний наш разговор был две недели назад. Она тогда сказала, что останется у своей подруги в Нью-Йорке, якобы там она под присмотром, да и хочет сменить обстановку на время. Единственный вопрос, крутившийся в тот момент на языке — «а как же я?». И Пейдж словно прочла мои мысли, заверив, что вернётся, что пробудет у подруги не больше месяца. Настойчивый голос в голове твердил, что все её слова — ложь, но в очередной раз я предпочёл отмахнуться от него. Это же Пейдж. Чистая и светлая, невинная маленькая девочка. Разве она может так низко пасть? Но, к сожалению, часто мы забываем, что нельзя идеализировать людей.

POV Пейдж

Мне было больно и обидно, противно и мерзко от самой себя. До чего я докатилась? Где вся эта праведная жизнь? Почему вообще это происходит со мной? Я лгала. Каждое слово — ложь. Ванесса действительно заехала за мной в тот день и, увидев в каком я состоянии, забрала к себе. Она попыталась контролировать меня. Однако ничего не вышло. Тогда она стала следить за дозой, отобрала у меня наркотики и выдавала ровно столько, чтобы я могла унять ломку, при этом находясь в адекватном и рабочем состоянии. Пару раз получилось. Но зависимость росла с каждым разом, с каждой новой дозой я ощущала дикое желание и потребность. Мне было мало. Хотелось ещё. Эйфория не наступала, и нужно было увеличивать дозу. Так что я срывалась, устраивала истерики и скандалы, отказывалась работать, срывая съёмки и показы. Ванесса больше не могла меня контролировать, не могла мной управлять. Постепенно компании, фирмы, журналы стали отказываться со мной работать. Она, почувствовав тонущий корабль, сбежала, как последняя крыса. Возвращаться домой я не хотела. Билл бы легко нашёл меня там. Когда наркотик отходил, в голове вспыхивали остатки здравого разума, и мне становилось противно и тошно от себя. Билл не заслужил такого обращения. Он любил меня, а я… Все чувства перемешались, словно кто-то вылил кучу красок и специально оставлял разноцветные разводы. Я любила этого парня. Любила. Но он бы не принял такой образ жизни. В память врезались строчки песни, которую я постоянно прокручивала в голове: Зачем ты ставишь меня на пьедестал? Мне там не место. На мне нимб, когда ты смотришь на меня. Но на моём месте, Ты бы так не сказал, Ты бы так не сказал, если бы был мной. А я, я просто хочу любить тебя. Я всего лишь человек, Я могу также оступиться, Поэтому не будь слепым. Прими меня такой, какая я есть, У меня есть недостатки, я тоже грешу, Поэтому спусти меня с пьедестала, Мне там не место.**

Домой я так и не вернулась, предпочитая остановиться в одном отеле. Я боялась, что родители обо всём узнают, но, к счастью, они уехали на два месяца в Канаду. Кажется, у отца там какая-то работа появилась. Не знаю, не особо вникала в разговор. Закрываясь ото всех в своём номере, отгораживаясь от внешнего мира, я наслаждалась невесомостью и эйфорией. Моим собственным миром из радости, счастья, лёгкости, веселья и блаженства. В эти моменты я отключалась от своего тела, паря где-то над землёй. Даже в кончиках пальцев чувствовалось тепло и воздушность. Мне было хорошо. Однако внешний мир постоянно напоминал о себе. У меня стали заканчиваться деньги. Работу я потеряла, другого дохода не было. Деньги со счёта были давно сняты, ими я оплатила проживание в отеле. Не помню, кажется, заплатила за два месяца. А вот денег на дозу не хватало. Ломка становилась всё сильнее. Кости скручивало от боли и жажды. Тело пробирала крупная дрожь. Из носа текло, меня то знобило, то бросало в дрожь. Мышцы напряглись. Беспокойство и тревога взяли в свой плен. Я не находила себе места, мечась по номеру как бешеный зверь. Организм требовал только одного — дозу. И в этот момент ты понимаешь, что на самом дне. Но можно ли упасть ещё ниже? Кому-то может показаться, куда уж ниже, если ты и так на дне. О, это всего лишь дно. А дальше… дальше ад.

Не помню, как в мой воспалённый мозг пришло это решение, не помню, как опустилась на колени перед Эдом. Лишь когда мои волосы сжали, оттягивая назад, и когда заставили широко открыть рот, только тогда пришло осознание. Стало мерзко и противно, слёзы потекли по щекам от того, как низко я упала. И пока Эд держал меня за волосы, толкаясь в мой рот, я ненавидела себя и хотела умереть. Но это чувство прошло ровно до того момента, как я приняла свой сладкий порошок. Замкнутый круг заковал в свои цепи. Вместо денег я расплачивалась своим телом.

POV Билл

Все попытки связаться с Пейдж ни к чему не приводили. Поначалу она просто не отвечала на звонки, затем её телефон и вовсе был выключен. Дома по-прежнему никого не было. И, судя по количеству почты в почтовом ящике, она не появлялась здесь уже давно. Пейдж будто испарилась, словно она никогда не существовала и мне всё просто привиделось. Я не знал, что делать. С её родителями знаком не был, да даже её менеджера я не знал. Та подруга, что познакомила нас, сейчас была в другом городе на съёмке и знать ничего не знала о Пейдж. Лишь сказала, что её уволили из модельного агентства, с которым она сотрудничала. Я был в полной растерянности и не знал, что делать, где искать её. Единственным человеком, который мог подсказать, как быть или хотя бы с чего начать поиски, была Никки. Том не так давно рассказал о её секрете. Она сама периодически баловалась экстази и травкой. Ничего серьёзного, но пару раз Том застукал её за кокаином. Шансы маловероятны, однако вдруг у них с Пейдж был один дилер?

Прийти к Никки означало переступить через свою гордость, отодвинуть свои принципы и, смиряя себя, забыть о злости и гневе. Стоя перед входной дверью и нажимая на звонок, я молился, чтобы её не оказалось дома. Но молитвы не были услышаны. Дверь открылась, и на пороге появилась Никки в лёгком шёлковом халате, накинутом поверх кружевного белья. На губах неизменно алая помада и ухмылка. Ничего не меняется.

— Кого я вижу, — она впустила меня внутрь. — И чем же обязана такому визиту? Неужели соскучился? — Никки налила в бокалы вино и поставила один передо мной.

— Нет, — резко и грубо. — Я бы никогда не пришёл сюда, если бы не… — а вот тут весь запал и уверенность растворились. — Какой-то урод подсадил Пейдж на наркотики, и теперь я не знаю, где она, — каждое слово давалось с трудом, всё ещё не верилось в происходящее. — Пейдж пропала.

— Ну, а я тут при чём? — спокойно отозвалась девушка.

— Я знаю про твой секрет. Том рассказал мне.