Входная дверь открылась, и вошли двое полицейских: один бледный, с грустным лицом, другой низенький, полтора метра на полтора, рыжий. Они подошли к стойке и посмотрели на лицо Джеральдины.
— Нет, там, — сказала им официантка.
Они обернулись.
— Ты погляди только, — сказал полтора на полтора.
Они лениво подошли к лиловому и оперлись на его столик.
— Ого, — сказал печальный. — Это надо же.
— Ну разве не украшение праздника? — спросила их официантка.
— Нет, — сказал печальный. — Он не украшение праздника. Ты бы видела, каких мы в городе позабирали.
— Да, — подтвердил низенький. — Полчаса назад мы арестовали Зеленого Великана в кабаке О’Брайена.
— Ага, — сказали они лиловому. — Поехали, дружок.
Печальный полицейский схватил посетителя за плечо и втащил до половины на стол.
— Осторожно, Луис, — вдруг крикнул другой.
Но поздно. Полицейский Луис отпустил плечо клиента и посмотрел на свой китель: весь фасад стал темно-лиловым.
— О черт, — сказал Луис. Он чуть не плакал. — О черт.
Рыжий поцокал языком.
— Знаешь, — печально сказал Луис. — Я тебя насмерть затопчу, если не встанешь.
Лиловый посетитель встал, шатаясь, и сделал несколько шажков.
— Я ничего не нарушал! — взвизгнул он. — Я никого не трогал.
С неожиданной свирепостью они заломили ему руки, перепачкав свою форму. Затем, как разнокалиберная пара йоменов с тараном, они ткнули его увенчанной головой в дверь и вышли на тротуар. Запятнанная простыня тащилась за ним.
— Заходите к нам еще, ребята! — крикнула им вслед официантка. — Так откуда, ты говоришь, приехала? — спросила она Джеральдину.
— Из Техаса.
— Ух, черт, а из каких мест?
— Из Галвестона. Но сама-то я не оттуда. Я из Западной Виргинии.
— А я как раз из Техаса, — сказала официантка. — Лас-Темплас — знаешь такой город?
— Нет, не слыхала.
— Ты ищешь работу?
— Да.
— Иди работать в бар.
— Нет, в бар мне бы не хотелось. Я думала, может, устроюсь официанткой — что-нибудь такое.
— Ты попала в аварию, золотко? Я гляжу, у тебя лицо порезано.