– Мы не должны называть их террористами, но давай, не отказывай себе в удовольствии.
– Они услышали об конференции и внедрились, используя документы фотографа. Охрана – не наша забота, – прорычал Слейд. – Похоже, если у них пропуск, то их не обыскивали.
– С этого момента мы охраняем все места, где появляются наши люди.
Слейд кивнул.
– Как там Фьюри, есть что-то новое?
– Он борется, и держится. Кровь двоих ребят подошла. Серчер и Даркнес сдают кровь.
Элли потягивала свой ледяной кофе, пока слушала их разговор.
Стоило признать, что все действительно хорошо к ней относились. Они охраняли её и Фьюри.
Новые Виды побеспокоились, чтобы как можно больше мужчин пришло в больницу и сдали кровь для Фьюри.
Возможно и кровь простого человека сгодилась бы, но когда действовала их внутренняя химия, было намного лучше. Джастис объяснил это ей.
Элли вспомнила, когда они достигли больницы.
Джастис отвёл её в одну из ванных, успокоил и пообещал, что для Фьюри сделают всё возможное. Пока он говорил, то подвёл её к раковине.
Она все ещё была в шоке, пока он смывал кровь с её окровавленных рук, словно она ребёнок, а затем подал ей мочалку, которую кто-то принёс и забыл снять ярлычки.
Он оставил её в комнате переодеться из грязной, запачканной кровью одежды.
И не отходил от неё ни на шаг с тех пор, как она вышла из ванной.
Её внимание опять вернулось к нему.
Он опять переместил телефон обратно.
– Да, я всё ещё здесь. Что происходит?
Сердце Элли дрогнуло, когда она увидела, как Джастис закрыл глаза. Он захлопнул телефон, и страх её сковал.
Элли продолжала пялиться на него. Он посмотрел в её сторону.
– Он жив, Элли. Они извлекли пули и зашили раны. Кровотечение остановлено, и его жизненные показатели в норме. Триша уверена, если не случится ничего непредвиденного, то с ним всё будет в порядке.
Слёзы заструились по щекам Элли, когда она поняла, что Фьюри будет жить. Она кивнула, но боялась по-настоящему поверить в это, пока не увидит всё своими глазами.
Прошли часы, пока они перевели Фьюри из послеоперационной палаты в индивидуальную в отделе интенсивной терапии.
Они так же позволили офицерам ОНВ охранять его и наблюдать из соседней смотровой комнаты.
Элли потерла шею, она очень устала, но не хотела ложиться спать. Девушка смотрела на Фьюри сквозь стеклянную стену той же комнаты, из которой наблюдали офицеры. Ей позволили лишь несколько минут посидеть у его постели. За состоянием Фьюри следила не Триша, а другой доктор.
Элли пришли в голову другие воспоминания, когда она наблюдала за Фьюри через стекло, пока он был заперт в испытательной лаборатории.
От этого ей опять захотелось плакать. Её сердце разрывалось, когда она видела такого сильного, здорового мужчину беспомощным.
Джастис сидел в углу. Кто-то принёс ему ноутбук, а наушник от телефона был прикреплён к уху. Время от времени он с кем-то тихо разговаривал.
Элли посмотрела на него. Казалось, этот мужчина никогда не прекращает работать. Её внимание вернулось к стеклу. Фьюри спал. Доктор проверил его показатели и вышел через другую дверь.
– Элли? – мягко произнес Джастис.