Ватажники атамана Галани: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Пошлём в Астраханскую губернию толкового офицера с преображенцами?

Государь в раздумье почесал затылок и ответил:

— Нет, от этого толку не будет. Солдаты того атамана только спугнут и заставят затаиться. Лучше отправить тайного человека. Дадим ему бумагу, в которой будет велено чинам всякого звания, как статского, так и воинского, оказывать ему полное содействие в поимке воровских казаков.

— Некого мне послать гер Питер, — ответил Девиер. — Умных и расторопных людей в полицмейстерской канцелярии мало и все делами завалены по горло. Дураков же конечно хватает, да какой от них толк.

— Ну, уж подсуетись, поищи, — развёл руками государь.

Глава II

Моё детство. Я поступаю на службу в полицмейстерскую канцелярию. Дьяк Лука Мясоед и обиды причинённые им мне. Аникей Петрович Плотников-Загорский и как мы с ним ловили девиц-разбойниц. Антон Мануилович Девиер посылает меня на Волгу сыщиком. Аникей Петрович даёт рекомендацию.

В то время я уже четвёртый год состоял на службе в Полицмейстерской канцелярии в должности писаря и толмача.

Родитель мой Сергей Кондратьев происходил из сословия не дворянского, а подлого. Был он холопом боярина Безобразова. И чистить бы ему сапоги да подтирать гузы того боярина до старости лет, если бы он от природы не был наделён немалыми способностями к изучению иностранных языков. Боярин же, служивший в Посольском приказе, заметив, как быстро мой батюшка усваивает заковыристые иноземные слова, сделал его своим толмачом, потому как самому ему языки учить было недосуг.

Государь Пётр Алексеевич во время Великого посольства приметил толкового холопа и убедил Безобразова дать батюшке вольную. За пятнадцать лет службы в Посольском приказе родитель мой объездил чуть ли не всю Европу, бывал в Персии и Турции. К сорока годам он дослужился до дворянина, а когда вышел в отставку по болезни, выхлопотал себе поместье под Брянском с маленькой усадьбой и деревенькой в сорок душ крестьян.

До восемнадцати лет я воспитывался в отчем доме вместе с двумя братьями. Пока они забавлялись тем, что дубасили деревенских пацанов, а те их, я усиленно корпел над науками. Не то чтобы мне было особенно по душе учиться, хотя я страсть как любил читать всякие книжки о путешествиях и далёких странах. Но батюшка сказал мне:

— Твои братья послужат государю и отечеству шпагой. Ты же к воинским наукам склонности не имеешь, зато быстр разумом, хоть и ленив как вошь. А потому буду тебя готовить к службе на поприще науки, ничуть не менее почётной, чем военная.

Так, частенько бывая бит розгами за леность и нерадивость, я выучил англицкий, голландский и персидский языки, историю, географию, латынь, а так же арифметику, геометрию и физику.

Когда наступило время поступить на службу, я уезжал на смотр дворянских недорослей в Петербурх, в полной уверенности, что отправлюсь продолжать образование в Европу, а когда вернусь, стану учёным как сэр Исаак Ньютон или путешественником и открывателем новых земель как Колумб и Магеллан, или ещё кем-нибудь в этом роде.

Смотр проводил лично государь Пётр Алексеевич. Дьяк выкрикивал по тетрадке имя, а государь, задав недорослю несколько вопросов, ставил пометки напротив его имени. Тех, кто постарше сразу отправляли на службу в армию или на статские должности, а средних и младших за море в науку.

Когда подошла моя очередь, Пётр Алексеевич строго посмотрел на меня с верху вниз и по-интересовался:

— Грамоту, арифметику знаешь?

— Знаю государь, — ответил я.

— Каким ещё наукам обучен?

Я перечислил.

— И языки иноземные знаешь?

— Да, государь: англицский, голландский, персидский и латынь.

— На каком поприще желаешь служить отечеству?

— На поприще зарождающейся науки российской.

— Похвально, коли не врёшь.

Пётр Алексеевич тут же проэкзаменовал меня и, оставшись доволен, хотел было написать соответствующую резолюцию, но тут стоявший рядом генерал-полицмейстер Антон Мануилович Девиер обратился к государю:

— Гер Питер отдай мне сего вьюноша. Куда ему ещё учиться. Он итак напичкан книгами, того и гляди голова треснет. В Полицмейстерской канцелярии позарез нужен человек знающий языки. В порту часто грабят иноземных моряков. Они приходят жаловаться, а тамошние подьячие по-русски то двух слов связать не могут.

— Ну что ж, забирай, коли надо, — с сожалением ответил государь.

Радость моя тут же сменилась глубоким унынием. После смотра я принялся умолять батюшку дать на лапу какому-нибудь эскулапу, чтобы тот признал меня больным, увечным или помешанным, освободив тем самым от службы. Но тот упёрся:

— Сын, — сказал он. — Не гоже здоровому юноше жить в лености за родительский счёт. Ибо от такой жизни человек тупеет и становиться похож на свинью, способную только жрать и сношаться. Помнишь что сказано в показаниях к житейскому обхождению «Юности честное зерцало». — И он процитировал, — «Всегда время пробавляй в делах благочестных, а празден и без дела отнюдь не бывай, ибо от того случается, что некоторые живут лениво, не бодро, а разум их затмится и иступится, потом из того добра никакого ожидать можно, кроме дряхлого тела и червоточины, которое с лености точно бывает».