— Устала. Хочу спать.
— В машине можно…
— В доме тоже.
— Тогда завтра?
— До завтра дожить надо.
— Глупости, доживем. Может, вам чего нужно? Может, чего подбросить?
— Картошки накопай, — сказала Любаша.
— Это запросто… Это сделаем… Так я на рассвете притащу, — обрадовался Жора.
— Слепой сказал: «Посмотрим», — усмехнулась Любаша и неторопливо, слегка покачивая бедрами, пошла к дому.
Легли в пристройке. Степка пытался заснуть, но не мог, потому что Нюра и Любаша разговаривали до полуночи.
Любаша сказала, что она в первый раз за два месяца ложится в постель, сняв платье. В Туапсе приходилось спать в халате или в сарафане, чтобы в случае тревоги успеть спрятаться в щель. Нюра спросила:
— Как ты думаешь, война скоро кончится?
— Этого никто не знает. Никто не знает, когда кончится война. Я так думаю…
— А Сталин? Сталин все знает, даже про нас с тобой знает, — горячо возразила Нюра.
— Нюра, ты училась в школе?
— Пять лет.
— Почему бросила?
— А ну ее… Нужна она мне! Не идут в мою голову науки. Не прививаются.
— Чем же ты занимаешься?
— Хозяйством у бабки заправляю. Вечерами на пляс в клуб хожу. Там патефон есть и гармошка. Только на гармошке теперь играть некому. Федора в армию забрали… Ух и хлопец был! Волосы черные, аж блестят, глаза — кинжалы, нос с горбинкой. Адыгеец!.. На прощание сказал мне: «Жди. Вернусь — сосватаю… Женой мне станешь».
— Ты с ним целовалась?
— На кой? Я еще ни с кем не целовалась, — гордо сказала Нюра.
— И ни один парень к тебе не приставал? — От удивления Любаша даже на локте приподнялась. Край одеяла сполз, оголив часть спины.
— Почему не приставал? — возразила Нюра. — Пойдет парень провожать. Наложит руку мне на плечо. А я ему враз: «А по какому это признаку?» Пусть только посмеет! Я бы ему рожу расцарапала, волосы повыдирала. Он бы у меня как подсолнух вылущенный маячил… Если драться, я парню и капли не уступлю. Танцевать приглашают, а у самих руки от страха потеют…
— Вот ты какая! — сказала Любаша. Легла на подушку и поправила одеяло.
— А я не хочу, чтобы он руку накладывал.
— Все у вас такие чудные?
Нюра засмеялась:
— Я чудная?.. Если бы захотела, я бы Лизку перевоображала. А кто меня потом за себя возьмет? На Лизке ни один дурак не женится.
— Что за Лизка?