Его лицо просветлело, когда он задумался над этими сложностями.
— В любом случае, — заметил он, — теперь придется следить за Элли. Я хочу попросить их выделить еще одного полицейского.
— Для чего?
— Если Брекстон блефовал, он не захочет, чтобы она пришла в себя, разве не так?
Его логика была убийственна и не вызывала сомнений. Мы нашли Гривза у качелей. Инспектор был в сером помятом костюме.
— Как моя тетя? — спросил Рэндан.
— Где вы, черт побери, были? — Гривз с раздражением посмотрел на нас. — Я хотел поговорить с вами.
— Я был в клубе. Она все еще…
— В том же состоянии.
— О чем вы хотели поговорить со мной?
— Мы перейдем к этому после обеда.
Затем Рэндан потребовал, чтобы поставили полицейского у комнаты Элли. Ему отказали на том основании, что двоих полицейских и круглосуточной сиделки вполне достаточно. Когда же Гривз поинтересовался, зачем все это нужно, Рэндан смутился, а затем, сделав мне знак, чтобы я молчал, отправился к себе в комнату переодеваться.
Я уже было тоже собирался войти в дом, как неожиданно мне пришла в голову одна мысль.
— Интересно, — спросил я, повернувшись к Гривзу, — почему вы больше меня не расспрашивали по поводу найденной вами записки? Той самой, которую, по вашему мнению, я состряпал ради собственного удовольствия?
— Вы же сказали, что вы тут ни при чем, вот и все, — прозвучал категорический ответ.
— Значит, вы знаете, кто сделал это, так?
— Возможно.
— Убийца?
Гривз покачал головой.
— Клейпул, — ответил он.
— Как?! — воскликнул я, пораженный не столько именем, сколько откровенностью инспектора. — Вы нашли какие-нибудь отпечатки пальцев или иные следы?
— Для этого вполне достаточно здравого смысла, — с уверенностью заявил Гривз. — Клейпул был абсолютно убежден, что Брекстон — убийца. Он не мог заявить об этом открыто из-за взаимоотношений в семье. Возник бы скандал, шумиха, а это так или иначе отразилось бы и на нем. Вот почему он оставил эту записку, чтобы дать нам нужную нить. К несчастью, об этом узнал и Брекстон, который умудрился разделаться с Клейпулом до того, как тот изложил бы нам историю взаимоотношений их троих, а, может быть, даже и четверых. Историю, которая раскручивается сейчас прямо перед нами.
Я даже затаил дыхание.
— Вы понимаете, — наконец произнес я, — что обвиняете Брекстона в убийстве?
— Понимаю, — с необычайной легкостью бросил Гривз. «Интересно, — подумал я, — какие новые факты появились у полиции?»
Гадать мне долго не пришлось. Гривз решил проинформировать меня.
— Похоже, Клейпула сперва ударили, и он потерял сознание. Затем его перетащили к качелям и перерезали горло.
— Почему вы считаете, что его перетаскивали? Разве на песке остались следы?
— Песок у него в одежде. А следы, даже если они и были, были смыты волнами прибоя.
Я не мог понять направление его мысли.