Я крепко зажмурил глаза, иначе они вылезли бы из орбит, а мне не очень хотелось доставлять инспектору удовольствие. Но я должен приходить Вульфу на помощь, когда необходимо, а ему нужно было несколько секунд, чтобы оценить обстановку. Поэтому я открыл глаза и наивно спросил Кремера:
– Какой револьвер?
Инспектор пропустил вопрос мимо ушей. Он с таким наслаждением взирал на Вульфа, что не хотел отвлекаться на пустяки. Вульф сделал мне еще один комплимент. Он возложил на меня ответственность за гипотезу о невиновности миссис Хейзен. Сейчас Вульф не смотрел на меня. Он опустил голову, почесал кончик носа, секунд десять разглядывал исподлобья Кремера, а затем обратился ко мне:
– Арчи. Стенограмма того, что сказал мистер Кремер, еще пригодится. Напечатай ее. Слово в слово через два интервала. В двух экземплярах.
Я сел за машинку, а Кремер сказал:
– Я не против. Конечно, вам нужно потянуть время, чтобы понять, как спуститься вниз, не сломав шеи.
Вульф промолчал. Я вставил бумагу и стал печатать. У меня была богатая практика воспроизведения длинных и сложных бесед, успевших уже полинять от времени, и поэтому это задание было элементарным. Когда я закончил, Вульф распорядился:
– Подпиши оригинал.
Я так и сделал и передал ему оба экземпляра. Он прочитал текст, поставил свою подпись и, вернув мне, сказал Кремеру:
– Я не тяну время. Если то, что вы сказали, правда, ваше желание получить информацию обоснованно. Если нет, то вы заставляете разгласить сведения конфиденциального характера, доверенные мне клиентом, и потому мне нужна стенограмма.
– Значит, миссис Хейзен – ваш клиент?
– Сейчас да. Она не являлась им, когда пришла вчера утром, но затем при посредничестве мистера Паркера наняла меня. У меня запись вашего заявления. Но мне нужны и другие факты, чтобы я мог удостовериться, что они не выставляют в ином свете все вами сказанное. Думаю, это разумная предосторожность. В котором часу мистер Хейзен взял из гаража машину в понедельник?
– В начале двенадцатого.
– После того как его гости разошлись?
– Да, они ушли без четверти одиннадцать.
– В гараже с ним кто-то еще был?
– Нет.
– После того как гости покинули дом, видели ли его в чьем-либо обществе, в машине или вне ее?
– Нет.
– Действительно ли его застрелили там, где был найден труп?
– Нет, его застрелили в машине.
– Есть ли у вас дополнительные факты, указывающие на виновность миссис Хейзен? Не гипотезы, а факты! Например, видели ли ее около машины или в машине – за рулем или на стоянке на Двадцать первой улице ночью. Или, если верить вашей теории, когда она пыталась подложить в нее револьвер?
– Нет, других фактов нет. Я надеялся получить их у вас.
– Получите. Узнав, что миссис Хейзен посетила меня, вы, естественно, сосредоточили ваше внимание на ней, но, наверное, и остальных не забыли. Вы установили передвижение гостей после того, как они покинули дом Хейзена?
– Да.
– Можно кого-то из них категорически сбросить со счета?
– Категорически – нет.
Вульф прикрыл глаза, но тут же снова их открыл.
– Понятно. – Он сделал вдох. – Мне все это не нравится. И вы отнюдь не загнали меня в угол, как бы вам ни казалось. Я бы ничего не сказал вам и не испугался бы последствий, но существуют факты, которые я могу узнать лишь через вас. Я хочу понять, откуда у вас револьвер, который миссис Хейзен вчера оставила у меня. Если согласитесь…
– Она оставила у вас револьвер?