— Детей тоже. Али пока в солдаты пойдет, Яшар пусть ремеслу какому-нибудь учится.
— Меня, выходит, решил здесь оставить?
— Захочешь — поезжай с нами. Разве я против?
— Я не смогу жить в городе. Бросишь ты меня тут одного…
— Не я первый уезжаю, но никто родителей на произвол судьбы не бросал. Не видел таких.
— А я вот не видел таких, кто, уехав из родных мест, счастливым заделался бы.
— Но и здесь нам счастья не видать.
Мне изрядно надоел этот спор, поэтому я сменил тему:
— А как с домом, с полем решил обойтись? Неужели продавать?
— За них много не получишь. Но и оставлять за собой нет смысла. Скорей всего, в аренду сдадим. Как, по-твоему, лучше?
— Не знаю.
— Вот и я не знаю.
— Какой же выход?
— Лучше всего отдать испольщику в аренду. Земля не захиреет, уход за ней будет. А ты в доме будешь жить. Того, что будешь получать с испольщика, вполне хватит, чтоб с голоду не помереть.
— Выходит, разделимся с тобой?
— Это в том случае, если ты откажешься к нам в город переехать.
— Кто будет за землей смотреть, кто к ней руки приложит, если каждый-всякий в город уйдет?
— Останется же кто-нибудь в деревне…
— Дожили! Вот что, оказывается, ждет нас!
А про себя подумал: «Не допусти, Аллах, с сумой по миру пойти, стать приманкой волкам да собакам».
— Не горюй, отец. Что ни делается, все к лучшему. — Сейдо обвел взглядом горы, и реку, и небо, вздохнул и продолжил: — Не оставлю я вас в беде. Если хочешь знать, так это за-ради вас уехать хочу, чтоб вам лучше жилось, и тебе, отец, в первый черед. Тебе, и жене моей Исмахан, и детям моим…
— И поэтому, несмотря на мольбы, отнял куропатку у ребенка?
— Подумаешь, куропатка!
— Но мальчик днем и ночью слезами заливается.
— Потому что несмышленыш еще.
— Знаешь, сын, мне даже хочется, чтобы ты был прав. Но ведь все, что ты говоришь, — неправда. И Яшар никогда не согласится с тобой.
— Я — отец, ты — дед. Поговори с ним, растолкуй.
— Не в моих силах. И никогда я не расположусь к американам. И куропатку не хочу оставлять им. А ты глазом не моргнув отдал им самое дорогое.
— Не думай, что мне легко. Горит у меня все нутро. Будь у меня деньги — отдал бы деньги, будь имущество — отдал бы имущество. Но нет ни у меня, ни у тебя ничего.
— Выходит, ради работы готов отдать все?