Ключ (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лукин даже расправил плечи, едва Юрин проявил свою заинтересованность. — Иногда это строительные материалы, в основном металлопрокат, иногда закрытые фуры, и в этом случае характер груза источнику не известен. Так же, было замечено значительно перемещение техники, самого различного назначения, от сельскохозяйственной до строительной. Источник утверждает, что на участке нет никаких складских помещений. Куда деваются грузы и техника, остается неизвестным.

И какие напрашиваются выводы?

Подбодрил подчиненного полковник. — Я предполагаю, организацию новой ОПГ*. В крае зафиксирован всплеск хищений транспорта и строительной техники. Подобное конечно же и раньше случалось, но в свете поступивших сведений, я склонен видеть здесь взаимосвязь. Тем более участок находится неподалеку от административной границы с Кабардино-Балкарией и Карачаево-Черкессией. За этими республиками уже давно укрепилась определенная репутация. *ОПГ — организованная преступная группа. — Ну а каким образом в это вписывается металлопрокат и эти крытые фуры? — Не знаю. Ладыгин неоднократно был замечен в обществе преступного авторитета Радионова, так называемого Руля. Возможно здесь имеется какая-то связь. Транзит похищенного. А в крытых фурах может быть вообще все что угодно. Те же удобрения, которые вполне возможно использовать как взрывчатку. — Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Что думаешь предпринять? — Пока буду осуществлять оперативное сопровождение. Есть автотранспорт и водители, которых задействуют в перевозках систематически. Отработаю их. — Ясно. Что же, одобряю. Вот только не в ущерб остальным направлениям. Что ты там выудишь непонятно, а наработанные дела бросать не след. — Ясно, товарищ полковник. Разрешите идти. — Иди, Константин. Проводив взглядом своего подчиненного, Юрин невольно задумался. Ладыгин личность в городе довольно известная и с ним связаны не только упоминавшиеся капитаном странности. Еще с девяностых годов в городе появилось некое сообщество, в которое входят действующие и бывшие сотрудники внутренних дел. Никаких конкретных сведений кроме слухов у ФСБ не было. Впрочем, никто никогда в серьез это направление и не разрабатывал. Никому не по нраву разгул преступности. А эти парни явно заставляют авторитетов придерживаться определенных правил. При этом сами никаких условий не диктуют и вообще никак себя не проявляют, пока все находится на уровне негласных договоренностей. От этого польза всем и даже ему, начальнику управления ФСБ. Кто сказал, что если этот городок погрязнет в разборках, то холку будут мылить только начальнику полиции? Как бы не так. Ему, полковнику Юрину, досталось бы ничуть не меньше. Но главное, лишний шум, он никому не нужен, ни простым гражданам, ни дельцам, ни чиновникам, ни силовикам. Лучше уж так, тишком да бочком. Мог ли Ладыгин уйти в криминал? Очень даже мог. Столько лет находиться около и не опылиться в это слабо верится. Но если так то отчего бы его ОПГ не взять в разработку, а потом и под крыло. Тем более, кусок похоже получается довольно жирный, а потому и себя грешного можно не забыть. Решено, пусть Лукин покрутится пару тройку месяцев, а там можно будет и определяться. Опять завибрировал лежащий на столе телефон, а затем вдогонку зазвучала мелодия. Выражение лица Дмитрия Ивановича тут же изменилось. Отчего-то именно сегодня ряд начальствующих лиц словно с цепи сорвались и бросились ему названивать. Причем у каждого нашелся целый ряд претензий, ну и распоряжений, куда же без них. Поэтому ничего удивительного в том, что ничего хорошего от очередного звонка он не ждал. Но как видно горькие пилюли на сегодня уже закончились. Звонил его давний товарищ, Петр Аркадьевич Нефедов. Личность довольно известная, можно сказать практически олигарх. Во всяком случае, играя на бирже и обладая просто звериным чутьем, он сумел сколотить очень внушительное состояние. У всех одна волна кризиса за другой, а Нефедову хоть бы что, его капитал только растет. Они были друзьями с самого детства. Даже когда в девяностые, Юрин служил за нищенскую зарплату, а Нефедов уже сколотил свои первые миллионы зеленых рублей, эта дружба не дала трещину. Быть может, все дело было в том, что каждый из них жил собственной жизнью. Нефедов ни раз и ни два предлагал другу вложить в игру на бирже хотя бы небольшие сбережения. В конце концов Петру не составит труда приобщить эти деньги к своим и ввести их в оборот. Уже через год, эта сумма многократно увеличится. А дальше, как говорится, по нарастающей. Причем, чтобы не ставить друга в щекотливую ситуация, он готов на отчисления в свою пользу брокерского процента. Но Юрин не пошел на это. Нет, деньги ему были нужны. И он не сомневался в том, что не прогорит ни при каком раскладе. В конце концов сумма которую он мог предоставить для этой операции была настолько скромной, что Нефедов куда больше носил в своем бумажнике. И уж точно Дмитрий не сомневался в том, что друг просто достает деньги и отдаст, да еще и увеличив сумму раз в несколько, мол прокрутил и заработал. Юрин банально не хотел быть в зависимости от старого друга. Не хотел проверять их дружбу на прочность деньгами. Именно поэтому встречаясь они не ходили в рестораны. Дмитрий не позволил бы платить за себя, или по меньшей мере стал бы настаивать очередности. Чтобы не вводить друга в растраты, Петр вдруг воспылал любовью к экспромтам. Так что, их совместные попойки по большей части происходили сугубо на природе, с удочками для антуража. Конечно же жизнь не стоит на месте и сегодня Юрин вполне может себе позволить любой банкет в честь друга. Но так уж случилось, что попробовав раз посидеть в ресторане, они уже через десять минут переглянулись и убежали на берег речки. Хотя при этом и заехали в магазин охоты и рыбалки, чтобы прикупить походные стол и стулья.

Здорово, пропащая душа,

поднеся трубку к уху, тут же произнес Юрин. — С чего бы это пропащая? Подумаешь, всего-то годик не виделись. — Хм. Если судить по твоему ответу, то ты либо уже прибыл, либо на походе. — Вообще-то, я все еще в Москве. Просто решил сначала созвониться. Мало ли какие заботы обуревают полковника ФСБ, да еще и начальника управления.

Никаких забот,

невольно расправляя плечи, ответил Юрин. — Ты же знаешь, ради тебя я готов все отставить в сторону. Даже Родину. — Родину не надо. Но если ты способен выкроить денек другой, я через четыре часа у тебя. — Отлично. Тогда я сворачиваюсь на работе и пошел мариновать шашлыки. — Опять сам? — Только сам и никак иначе. — Ладушки. Тогда жди.

Глава 2

- Разрешите, Наталья Игоревна? — Игорь Викторович, конечно же проходите. Что-то случилось? — Поднимаясь из кресла, поинтересовалась Лебедева. — А к вам можно приходить только если что-то случилось?

Неужели наша легендарная скала дала трещину и решила приударить за мной?

Всплеснув руками, задорно произнесла она. Ну, если ничего не случилось, то отчего бы не повеселиться. Тем более, что веселого в этих тревожных краях не так чтобы и много, да и с досугом особого разнообразия не наблюдается. Для пущего эффекта она прямо-таки плюхнулась в свое кресло, вытаращившись на гостя изумленным и вместе с тем обожаемым взглядом. — Э-э, молодка, ты поаккуратнее, а то ведь не посмотрю, что в дочери мне годишься, живо хвост распушу, а тогда уж только держись. — Вот все вы так говорите, а как до дела доходит, то сразу в кусты. — Не все же. Но ты у нас девушка с характером, живо всем рога поотшибала. — И этим сразила ваше сердце. Ну признайтесь же.

Не признаюсь, Наталья Игоревна,

вновь переходя на «вы», развел руками Зарубин. — Признаться, после моей покойной супруги ни одна женщина не смогла обратить на себя мое внимание настолько, чтобы я захотел жить с ней под одной крышей. — А потому вас хватает только на посещение красных фонарей. Зарубин окинул ее взглядом. Нет, ни капли иронии или неодобрения. Разве только взгляд полный смешинок, из под длинных ресниц, ну и явно сдерживаемая улыбка. Хм. Ну а чего собственно от нее ждать-то. Медик. Причем хороший медик, и замечательный человек. Она по определению не могла подойти к данному обстоятельству без понимания. Квартал красных фонарей в Андреевском появился сравнительно недавно. Как раз незадолго до нового года, Ладыгин со своими друзьями провел операцию под кодовым названием «Сауна». В результате этой вылазки в Ставрополь, десять проституток, вместе с их сутенером сменили место жительства и соответственно работы. С сутенером никто возиться не стал, просто определили на жительство и обеспечили работой. Нет желания трудиться, никто не держит, мир большой, необъятный и неизведанный. А потому живи где хочешь и как хочешь. Правда, оружие и снаряжение ему никто просто так выдавать не стал, предложив все выкупить. Цинизм с которым Ладыгин к людям порой просто поражал. С проститутками дело обстояло куда проще. Во-первых, им предложили выбор, между жизнью простой поселенки и дальнейшей работой по специальности. В первом случае, администрация обязалась обеспечить работой. Битые жизнью и уже давно не ожидающие от нее подарков девки, приняли изменения в их судьбе довольно стоически. Две из них решили покончить с древней профессией. Одну определили в бухгалтерию, благо она имела профильное образование. Вторую, забрала к себе Лебедева. Девушка училась на последнем курсе стоматологического факультета. Кстати, неплохо училась, но будучи из малообеспеченной семьи, была вынуждена заботиться о себе сама. Остальных определили в квартал красных фонарей. Им предстояло трудиться на ниве оказания услуг населению. Мужскому разумеется. Вот и потянулся туда ручеек из одиноких мужчин. Любому женатому путь туда был заказан, причем на законодательном уровне. Ладыгин, безусловный лидер поселенцев, был ярым сторонником крепких семейных отношений. Знали об этом и жрицы любви, которым в случае отношений с женатым мужчиной грозил серьезный штраф. Вот такие перегибы. Зарубин, будучи холостым и все еще огого, каким крепким мужчиной, нуждался в женском общении. Поэтому являлся если не частым, то постоянным клиентом квартала. Именно на это обстоятельство и указала Лебедева. В общем-то ей до этого не было никакого дела, мало того, она это одобряла как медик, но как женщина… А вообще, найдется такая женщина, которая сможет вот так запросто смотреть на такое непотребство? То-то и оно. Впрочем, это скорее относится к проституткам. У мужиков есть все же одно, весомое и извиняющие обстоятельство. Несмотря на постоянно увеличивающееся население, а оно уже перевалило отметку в две сотни человек, их все еще больше чем женщин. — Наталья Игоревна, вот напрасно вы язвите на эту тему. Даже там я не смог бы найти ту которая согласилась бы ждать меня по полгода из командировок, а вторую половину выносить мой несносный характер. Здесь же, мне и вовсе не на что надеяться. Так что, спасибо администрации, заботящейся о здоровье поселенцев. — Да Бога ради, Игорь Викторович. Вот честное слово, я за вас только рада. — Тогда прогоните пожалуйста тех бесенят, что сейчас отплясывают в ваших замечательных серых глазках.

Не могу,

сложив руки на груди, искренне ответила Лебедева.

Ну и гад с вами, Наталья Игоревна,

махнул на нее рукой геолог, пристраивая поудобнее между ногами СКС. — Вообще-то я к вам по делу, а вы тут про… Кхм. Так вот. Сейчас идет комплектование экспедиции, командовать которой собственно говоря предстоит мне. И я к вам именно по этому поводу.

А в чем трудности?

Тут же став серьезной, откинулась на спинку кресла Лебедева. — Все заказанное мною доставлено. Работы по оборудованию походного медблока проведены качественно, с выполнением всех требований. Оно конечно, совмещение с лабораторией как бы не очень, но с другой стороны в походных условиях на большее рассчитывать не приходится. Словом, с медицинской стороны все в полном порядке. Даже медик имеется. — Угу. Мне сегодня сообщили о том, что в экспедицию с нами отправляется Вика. Именно по этой причине я и пришел. — А чем вас не устраивает Вика? Молодая, энергичная, с опытом походной жизни. Девушка из деревни, так что обузой не будет. В профессиональном плане…

Вот именно, что в профессиональном,

перебил Лебедеву Зарубин. — Стоматологического кресла в медблоке я не заметил. — Игорь Викторович, давайте смотреть на вещи прямо. Медиков в Андреевском четверо. Ваша покорная слуга — хирург, Вика — стоматолог, Варя — фельдшер и Вера — медсестра. Все, больше никого нет. Варю отправлять бесполезно, потому что она способна выполнять только конкретные назначения и оказывать помощь при незначительных повреждениях. Валя, понятно. Так что, остается Вика. Как выяснилось, в университете девушка училась не за страх, а за совесть. Не сказать, что изначально перспектива вечного поселения на Колонии ее порадовала. Но по здравому рассуждению Вика Цыганова пришла к выводу, что вряд ли она смогла бы устроиться на Земле лучше. Тем более что несмотря на ее общеизвестное прошлое, в поселке к ней относились с уважением. Медик в селе вообще личность уважаемая, их даже сплетники обходят стороной, вот Вика и вписалась в местное общество. А раз уж здесь потребность в специалистах широкого профиля, то она начала активно заниматься самообразованием. Иными словами начала изучать травматологию. Впрочем, не сказать, что в своем порыве она осталась в одиночестве. Лебедева так же занялась самообразованием, постигая новую специализацию и штудируя работы по военной хирургии, что было для местных реалий куда ближе. Впрочем, ей все же было легче, чем Вике. Несмотря на трудности, оба медика проявляли явные успехи. На их счету уже были поставленные на ноги больные с переломами, пострадавшие от когтей и клыков хищников. Был даже один с огнестрельным ранением, результат несчастного случая. Так что, Вика вполне отвечала требованиям, во всяком случае, исходя из местных реалий. Хотя, чего греха таить, она конечно же уступала Лебедевой и весьма серьезно. Все же и возраст, и оконченное образование, и большая практика. От этого никуда не уйти. — Не обессудьте Наталья Игоревна, но Вика подойдет. Я вынужден просить вас, отправиться с нами в экспедицию.

И чем вы это мотивируете?

Вздернула бровь Лебедева. — Тем что нам нужен опытный медик, который не растеряется в случае чего и сможет оказать быструю, квалифицированную помощь. — Ну знаете ли, Игорь Викторович, это ни в какие ворота. Сколько вас отправляется в экспедицию? Пятнадцать человек? А сколько остается здесь? И заметьте, им так же нужна быстрая, квалифицированная медицинская помощь. Не знаю как там будет у вас в экспедиции, но здесь веселья хватит, поверьте. За пять месяцев двенадцать серьезных травм и ранений, и это всего лишь на две сотни человек. Ну и последнее, я как бы не любительница выездов на пикники, и с природой нахожусь в явных неладах. Мне с трудом удалось приспособиться к жизни в местном вагончике, хотя он и довольно комфортабельный. А вы хотите утащить меня в чистое поле. В общем, как любит говорить ваш Ладыгин, картина маслом. — Боюсь, я все же вынужден буду настаивать, Наталья Игоревна. Бивачная жизнь, она конечно не мед и не сахар, но поверьте, человек такая скотина, что очень быстро привыкает ко всему. Пара дней и вы войдете в колею. Что же касается соотношения, то вы правы лишь отчасти. Да, нас пятнадцать, против двух сотен, и выбор должен быть очевиден. Однако есть одно обстоятельство, которое перевешивает все аргументы. С нами идет Ладыгин. Так что, вы нужны там в первую очередь для того чтобы в случае необходимости смогли обеспечить его безопасность. Надеюсь, о его роли для Колонии говорить не нужно? Одни его ненавидят, другие благодарны за предоставление повторного шанса все начать с начала. Но все сходятся в одном, с его головы не должен упасть ни единый волос. Конечно, люди уже смирились с тем, что им предстоит жить в новом мире и путь в старый для них уже закрыт. Но они не готовы порвать пуповину, связывающую их с Землей. Опять же, это необходимо и с практической точки зрения. Мы еще не готовы к самостоятельной жизни. — Знаете, я не буду с вами спорить. Сама я еще не определилась, как к нему относиться. С одной стороны он меня похитил и обрек на жизнь в этом месте. С другой, спас и предоставил шанс загладить свою вину за совершенное преступление если не перед Богом, то хотя бы в глазах людей. Но отчего вы пришли ко мне. Пойдите к нему, потребуйте от него чтобы он оставил это безрассудство. Не взывайте к моей совести, и не просите меня становиться его ангелом хранителем, потребуйте, чтобы он не смел рисковать понапрасну.

Угу. В который раз. Он согласился все время ходить в бронежилете, даже спать в нем. Согласился все время быть в каске. Между прочим, ничего смешного,

наблюдая появившуюся на губах собеседницы улыбку, возразил геолог, — в степи куда жарче, а эти аксессуары и здесь не сахар. Он согласился даже на персонального телохранителя. Но вот с чем он не согласен в корне, так это в том, чтобы отказаться от этой экспедиции. Да он собственно именно по этой причине не стал обращаться в правительство. Боится, что его запрут в четырех стенах и станут изучать как подопытную крысу, а еще будут оберегать пичкая не вкусной и здоровой пищей. И признаться я его понимаю, потому как сам вольная птица. — Вообще-то, лидерам не пристало вести себя подобным образом. Он должен быть готов к тому, чтобы пожертвовать личным ради общественного или поставленной цели. — Угу. Ладыгин подпишется под каждым вашим словом. И даже уже как-то давал нечто вроде зарока. Во всяком случае, обещал быть куда более осмотрительным и соизмерять свои желания со своими же обязанностями. — И?

Я же говорю, собрался в экспедицию,

разведя руками, вздохнул Зарубин. — Нда-а. Не лидер. — Это точно. Сам себе на уме. Так, какое будет ваше решение, Наталья Игоревна?

А вы посадите его возле портала на цепь,

словно не услышав вопроса, предложила Лебедева.

При желании он сам кого хочешь заставит лаять. А вот с ним такой номер не пройдет. Пришибить, это можно, а заставить…