— Договорились. Я решу все дела и выезжаю. Не скучай. Люблю тебя. …
— Эй, с тобой все в порядке?
Голос Тимура почти не изменился. И пока парень не потряс меня за плечо, я не сразу поняла, что он обращается именно ко мне. Оказалось, что он уже положил трубку.
— Что с тобой? Что случилось?
— Ничего. Просто тошнит, — я соврала. Уставший мозг отказывался предлагать варианты ответов.
Керимов чертыхнулся, резко вывернул руль и через несколько мгновений мы припарковались у какой-то остановки.
Я ждала только этого, чтобы выбраться из машины. Несколько глотков свежего воздуха, и все будет в порядке. Но Тимур, конечно, думал иначе. Я напугала его своим «тошнит».
— Что-нибудь болит? Голова кружится?
— Нет, нет… Все нормально уже. Мне лучше.
Я вскинула голову, улыбнулась.
— Правда лучше.
— Ты что-нибудь ела утром?
— Забей. Меня, наверное, укачало.
— Не фиг пить кофе на пустой желудок.
Керимов пытался проявить элементарную заботу. Но выглядел при этом мрачнее тучи. Уже дважды за эти несколько минут нашего короткого разговора, он покосился на часы.
— Я позавтракаю в универе. Не страшно.
— Да… зайди сразу в буфет. Ну что, тогда едем?
Я вернулась в машину, уняв дрожь в пальцах.
В конце концов, я же пережила новость о том, что Деда Мороз не существует. Если представить Керимова Дедом Морозом, может быть, легче заставить себя не переживать о том, что его нет? Для меня?
— Ксюш… я… — Керимов замялся, начав говорить со мной только через пару минут. До этого он был погружен в свои мысли, и вся та же ясная улыбка озаряла его лицо. — Ты можешь меня прикрыть?
— Что?
— Я… мне надо уехать на несколько дней. Меня ждут в другом месте.
Я в изумлении уставилась на Тима.
— Ты…
— Я уезжаю в Москву. И я хочу, чтобы… нет, стой. Я прошу, пожалуйста, Ксюш, прикрой меня.
— Прикры… Как ты себе это представляешь?
— Моя мать может тебе позвонить. Спросить что-нибудь обо мне.
— И? И что мне нужно ответить?
Тимур помолчал, отвлекаясь на перестроение из ряда в ряд. А после выдохнул, будто перед прыжком в воду.
— Ты сможешь сказать, что… Что я с тобой?