Их невинная наложница (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мужчина зажал ее сосок между своими пальцами, вытянув вершинку. Он натянул зажим, расположив его так, чтобы он свисал. Под весом драгоценностей ее сосок опустился. Когда она ахнула и попыталась справиться с охватившими ее ощущениями, он облизал ее другой сосок и также надел на него зажим. Ловким движением пальцев он идеально расположил его на ее груди.

Наложница будет прекрасно выглядеть с кольцами, надетыми на ее соски, и золотой цепочкой,  висящей между ними. Он сможет тянуть за цепь, пока она будет объезжать его член, с каждым рывком натягивая зажимы, пока не закричит от удовольствия. Он проложил себе путь поцелуями вниз по ее телу.

Или он может позволить цепи свободно повиснуть, сбегая вниз по ее груди прямо к ее киске, где она присоединится к мягкому зажиму, который он закрепит вокруг жемчужины ее клитора. Он вдохнул ее запах, и его наполнил ее мускусный аромат.

Она была такой чувствительной. Ее маленький клитор торчал, моля о его внимании. Именно это было ему нужно. Он так долго противился себе, отказываясь возвращаться к этой части своей жизни, по которой так тосковал. Он не заслуживал женщины, настолько доверяющей ему, но теперь он осознал, насколько опустошенным он был без всего этого.

Тал скользнул языком по бутону ее киски, наслаждаясь ее дрожью.

— Не двигайся, или я остановлюсь.

— Да, сэр, — ее голос походил на слабый писк, в то время, как ее руки дрогнули, словно она хотела прикоснуться к нему.

Но это было его время. Позже, будет много мгновений, когда он позволит ей вдоволь изучить его, но не сейчас. Он потерся носом о ее киску, вдыхая ее запах. Талиб хотел утонуть в нем, в ее специях и сладости. Его язык толкнулся внутрь, и его захватил изумительный вкус ее возбуждения.

Снова и снова, он облизывал ее киску, поглощая ее. Она была слаще любого десерта. Он мог  вкушать ее каждую ночь, и по-прежнему испытывать голод поутру. Он был в опасной близости от нее, и не только физически. В голове раздался тревожный звон. Ему было необходимо отступить, переосмыслить все, что происходило, но он все вонзался, трахая ее своим языком. Шейх потерялся в роли Мастера, в сладкой покорности Пайпер, в ее щедром сердце.

— Кончи для меня, моя наложница. Кончи прямо на мой язык, — он ущипнул ее за клитор, продолжая долбить ее своим языком, и Пайпер затряслась.

Из ее груди вырывались низкие стоны, и она вскрикнула в оргазме. Новая порция сладких соков накрыла его язык. Он хотел утонуть в нем, но его член требовал своего. Он должен трахнуть ее.

Тал встал, отчетливо понимая, что все условности остались позади. Пайпер никогда не должна была увидеть эту его сторону, но теперь, когда это произошло, он не намерен ничего утаивать.

— Предоставь мне себя. Я хочу трахнуть свою рабыню.

Она не колебалась. Девушка повернулась и приподняла попку с розовой пробкой, которую он поместил между ее ягодиц. Всего лишь несколько дней назад она была девственницей, а сейчас Тал связал ее и принудил к вещам, к которым она не могла быть готова, но он все равно  не мог остановиться. Она выглядела развратной, принадлежавшей ему куколкой для траха, наказания, и всего, что ему вздумается.

— Мой черед, Пайпер, — он схватил ее за бедра, пристраивая свой непокорный член. Он не позаботился о презервативе, также действуя по своему усмотрению. Он был лишь животным, берущим то, что хотел, не собираясь давать что-либо в ответ, потому что был разрушен изнутри. – Ты думаешь, что можешь справиться со мной? Думаешь, ты готова к этому?  Потому что все будет по-моему, по моим правилам, в мое время. Скажи мне остановиться, или ты откроешь дверь, которую больше не сможешь закрыть. Пожалуйста, Пайпер, давай останемся просто друзьями.

Он просил ее, потому что не мог остановиться сам. Он не хотел этого. Он не хотел, чтобы она вызывала в нем столько эмоций. Его сердце уже колотилось, член был на грани, и он не был уверен, что сможет уйти, если она скажет «нет».

Она слегка повернула голову, так, что он увидел отчаянное желание на ее лице.

— Возьмите меня, сэр. Прошу тебя. Возьми меня, Тал.

Ничто не остановило бы его сейчас. Он с силой протолкнул в нее свой член, преодолевая любое сопротивление одним долгим скольжением. Шейх отбросил все прочее, в один момент превратившись в зверя. Он был животным, и она была его самкой. Он подмял ее под себя, толкаясь снова и снова, позабыв обо всем, кроме шелка ее плоти, и тесного жара ее киски. Вновь и вновь он вбивался в нее, схватив за бедра и припечатав собой.

Она была невероятна, сжимая его своим жаром, вбирая его в себя. Талиб мгновенно потерял себя, наслаждаясь звуками, которые она издавала, пока он вел ее к оргазму. Ее кожа была горячей под его рукой, в то время, как его сердце громыхало у него в груди. Это было почти раем. Он больше не заботился о тех причинах, по которым это не было хорошей идеей. Сейчас было важно лишь заклеймить ее, сделав своей.

Пайпер закричала, снова кончив и жестко сжав его своей киской, заставляя Тала сдаться. Его яйца запульсировали, и бесконечной волной удовольствия из него брызнуло обжигающе тепло. Он кончал снова и снова, оргазм несся по его венам, связывая его с ней так, как он и вообразить не мог.

Она была всем, чего он когда-либо хотел.

Пайпер рухнула, увлекая Тала за собой, и его грудь прижалась к ее спине, словно они были единым целым, и лишь мягкая кожа скамейки удержала их от падения на пол.

Сладко. Было так сладко держать ее, до сих пор оставаясь в ней своим членом, и будучи все еще соединенным с ней.

“Я люблю тебя, моя Пайпер”. Слова крутились на его языке, но мужчина их так и не озвучил.

Он любил ее, но если кто-нибудь когда-нибудь узнает, как близко она подобралась к его сердцу, они могут использовать ее против него. Образ Лили, кричащей, пока радикалы резали и насиловали ее, заполонил его мозг. Он был вынужден наблюдать, не в силах помочь ей. Он был слаб. Он был бесполезен.

Он не любил ее, но ее смерть чуть не убила его. Что он будет делать, если они заберут Пайпер?

Холодный озноб пробежал по его спине. Он не может, не позволит ей, или кому-либо другому, когда-нибудь узнать, что он любит ее.

Тал выскользнул из ее тепла и поднялся. Все его тело тряслось, однако он безжалостно отбросил прочь все эмоции. Учитывая, что он никогда не раскроет ей свою любовь, ему необходимо убедиться, что она больше не любит его.

— Теперь ты можешь идти.