Остальные мужчины рассмеялись, а премьер-министр кивнул.
Его член затвердел при мысли о Пайпер, обнаженной в его постели, открытой для его удовольствия. Не то, чтобы теперь он часто пребывал в другом настроении. С тех пор, как Пандора прибыла во дворец, Тал находился в состоянии постоянного возбуждения. Он оглянулся и обнаружил, что его братья смотрят на Пайпер с голодным блеском в глазах. Ей предстоит интересная ночь.
Он протянул руку, повелевая Пайпер выйти вперед. Оба его брата напряглись, хорошо понимая всю серьезность этого момента. Шейх перешел на английский.
— Пайпер, моя дорогая, подойди сюда. Я бы хотел, чтобы ты познакомилась с его честью, судьей Неджемом, и с премьер-министром Аль Фейдом, с которым ты уже встречалась.
Она широко улыбнулась ему, без малейшего намека на светское высокомерие.
— Приятно видеть вас снова, премьер-министр. Как и вас, Ваша честь.
Судья Неджем взял ее руку в обе свои, и его взгляд немного затуманился.
— Она напоминает мне о моей милой девочке, — сказал он по-арабски.
Кадир тут же вступил в разговор:
— К сожалению, хабибти, судья говорит только на арабском языке, но он тоже рад с тобой встретиться. Он говорит, что ты напоминаешь ему о дочери. Она пошла по стопам своего отца и стала юристом.
Пайпер покраснела:
— Пожалуйста, скажи ему, что это честь для меня.
Судья владел английским, достойным королевы Англии, с совершенным акцентом, но сейчас он лишь кивнул и сыграл свою роль. Тал держал руку Пайпер, пока судья Неджем говорил с его братьями, нараспев произнося древние слова, которые свяжут их вместе.
— Принцы пустыни, принимаете ли вы эту женщину в качестве вашей наложницы, с обещанием сделать ее вашей женой через тридцать дней, после которых она должна подарить вам свое согласие? Обещаете ли вы сотворить ее центром вашей вселенной, солнцем, согревающим вашу семью? Обещаете ли вы защищать ее и дарить ей счастье?
Кад шагнул вперед, положив руку на плечо Пайпер. Он торжественно ответил на родном языке:
— Клянусь.
Пандора огляделась, будто осознавая всю важность происходящего. Она нахмурилась, но промолчала.
— Клянусь, — повторил Раф, целуя ее в висок.
Все взгляды обратились на него. Его горло безотчетно сжалось.
Он еле выдавил:
— Клянусь.
Судья сжал ее ладонь:
— Так тому и быть. Вот ваша наложница. Так свяжите же ее с собой. Пусть она возжелает стать вашей женой. И через тридцать дней она даст мне ответ. Пусть удача сопутствует вам.
Он отпустил руку Пайпер и кивнул, после чего повернулся и вышел прочь.
— Хм, я его чем-то обидела? — спросила Пайпер.
Премьер-министр громко рассмеялся:
— Конечно, нет, дорогая. Он поприветствовал вас в Безакистане. Он был рад чести встретиться с вами. Желаю вам всего наилучшего. Ваше Высочество, пожалуйста, дайте мне знать, если понадобится моя помощь.
Он ушел и оставил их наедине с их нареченной наложницей. Почти женой. По всем законам их страны, они сделали ее своей. Чтобы заботиться о ней. Чтобы защищать. И чтобы трахать ее.
За его спиной продолжался банкет, но Тал думал только об одном. Его член пульсировал в брюках.
— Они были так милы, — произнесла Пайпер, повернувшись к Каду. — Я голодна. Мы можем попробовать табули?