Ключ: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С проститутками дело обстояло куда проще. Во-первых, им предложили выбор, между жизнью простой поселенки и дальнейшей работой по специальности. В первом случае, администрация обязалась обеспечить работой.

Битые жизнью и уже давно не ожидающие от нее подарков девки, приняли изменения в их судьбе довольно стоически. Две из них решили покончить с древней профессией. Одну определили в бухгалтерию, благо она имела профильное образование. Вторую, забрала к себе Лебедева. Девушка училась на последнем курсе стоматологического факультета. Кстати, неплохо училась, но будучи из малообеспеченной семьи, была вынуждена заботиться о себе сама.

Остальных определили в квартал красных фонарей. Им предстояло трудиться на ниве оказания услуг населению. Мужскому разумеется. Вот и потянулся туда ручеек из одиноких мужчин. Любому женатому путь туда был заказан, причем на законодательном уровне. Ладыгин, безусловный лидер поселенцев, был ярым сторонником крепких семейных отношений. Знали об этом и жрицы любви, которым в случае отношений с женатым мужчиной грозил серьезный штраф. Вот такие перегибы.

Зарубин, будучи холостым и все еще огого, каким крепким мужчиной, нуждался в женском общении. Поэтому являлся если не частым, то постоянным клиентом квартала. Именно на это обстоятельство и указала Лебедева. В общем-то ей до этого не было никакого дела, мало того, она это одобряла как медик, но как женщина…

А вообще, найдется такая женщина, которая сможет вот так запросто смотреть на такое непотребство? То-то и оно. Впрочем, это скорее относится к проституткам. У мужиков есть все же одно, весомое и извиняющие обстоятельство. Несмотря на постоянно увеличивающееся население, а оно уже перевалило отметку в две сотни человек, их все еще больше чем женщин.

– Наталья Игоревна, вот напрасно вы язвите на эту тему. Даже там я не смог бы найти ту которая согласилась бы ждать меня по полгода из командировок, а вторую половину выносить мой несносный характер. Здесь же, мне и вовсе не на что надеяться. Так что, спасибо администрации, заботящейся о здоровье поселенцев.

– Да Бога ради, Игорь Викторович. Вот честное слово, я за вас только рада.

– Тогда прогоните пожалуйста тех бесенят, что сейчас отплясывают в ваших замечательных серых глазках.

– Не могу, – сложив руки на груди, искренне ответила Лебедева.

– Ну и гад с вами, Наталья Игоревна, – махнул на нее рукой геолог, пристраивая поудобнее между ногами СКС. – Вообще-то я к вам по делу, а вы тут про… Кхм. Так вот. Сейчас идет комплектование экспедиции, командовать которой собственно говоря предстоит мне. И я к вам именно по этому поводу.

– А в чем трудности? – Тут же став серьезной, откинулась на спинку кресла Лебедева. – Все заказанное мною доставлено. Работы по оборудованию походного медблока проведены качественно, с выполнением всех требований. Оно конечно, совмещение с лабораторией как бы не очень, но с другой стороны в походных условиях на большее рассчитывать не приходится. Словом, с медицинской стороны все в полном порядке. Даже медик имеется.

– Угу. Мне сегодня сообщили о том, что в экспедицию с нами отправляется Вика. Именно по этой причине я и пришел.

– А чем вас не устраивает Вика? Молодая, энергичная, с опытом походной жизни. Девушка из деревни, так что обузой не будет. В профессиональном плане…

– Вот именно, что в профессиональном, – перебил Лебедеву Зарубин. – Стоматологического кресла в медблоке я не заметил.

– Игорь Викторович, давайте смотреть на вещи прямо. Медиков в Андреевском четверо. Ваша покорная слуга – хирург, Вика – стоматолог, Варя – фельдшер и Вера – медсестра. Все, больше никого нет. Варю отправлять бесполезно, потому что она способна выполнять только конкретные назначения и оказывать помощь при незначительных повреждениях. Валя, понятно. Так что, остается Вика.

Как выяснилось, в университете девушка училась не за страх, а за совесть. Не сказать, что изначально перспектива вечного поселения на Колонии ее порадовала. Но по здравому рассуждению Вика Цыганова пришла к выводу, что вряд ли она смогла бы устроиться на Земле лучше. Тем более что несмотря на ее общеизвестное прошлое, в поселке к ней относились с уважением. Медик в селе вообще личность уважаемая, их даже сплетники обходят стороной, вот Вика и вписалась в местное общество. А раз уж здесь потребность в специалистах широкого профиля, то она начала активно заниматься самообразованием. Иными словами начала изучать травматологию.

Впрочем, не сказать, что в своем порыве она осталась в одиночестве. Лебедева так же занялась самообразованием, постигая новую специализацию и штудируя работы по военной хирургии, что было для местных реалий куда ближе. Впрочем, ей все же было легче, чем Вике.

Несмотря на трудности, оба медика проявляли явные успехи. На их счету уже были поставленные на ноги больные с переломами, пострадавшие от когтей и клыков хищников. Был даже один с огнестрельным ранением, результат несчастного случая.

Так что, Вика вполне отвечала требованиям, во всяком случае, исходя из местных реалий. Хотя, чего греха таить, она конечно же уступала Лебедевой и весьма серьезно. Все же и возраст, и оконченное образование, и большая практика. От этого никуда не уйти.

– Не обессудьте Наталья Игоревна, но Вика подойдет. Я вынужден просить вас, отправиться с нами в экспедицию.

– И чем вы это мотивируете? – Вздернула бровь Лебедева.

– Тем что нам нужен опытный медик, который не растеряется в случае чего и сможет оказать быструю, квалифицированную помощь.

– Ну знаете ли, Игорь Викторович, это ни в какие ворота. Сколько вас отправляется в экспедицию? Пятнадцать человек? А сколько остается здесь? И заметьте, им так же нужна быстрая, квалифицированная медицинская помощь. Не знаю как там будет у вас в экспедиции, но здесь веселья хватит, поверьте. За пять месяцев двенадцать серьезных травм и ранений, и это всего лишь на две сотни человек. Ну и последнее, я как бы не любительница выездов на пикники, и с природой нахожусь в явных неладах. Мне с трудом удалось приспособиться к жизни в местном вагончике, хотя он и довольно комфортабельный. А вы хотите утащить меня в чистое поле. В общем, как любит говорить ваш Ладыгин, картина маслом.

– Боюсь, я все же вынужден буду настаивать, Наталья Игоревна. Бивачная жизнь, она конечно не мед и не сахар, но поверьте, человек такая скотина, что очень быстро привыкает ко всему. Пара дней и вы войдете в колею. Что же касается соотношения, то вы правы лишь отчасти. Да, нас пятнадцать, против двух сотен, и выбор должен быть очевиден. Однако есть одно обстоятельство, которое перевешивает все аргументы. С нами идет Ладыгин. Так что, вы нужны там в первую очередь для того чтобы в случае необходимости смогли обеспечить его безопасность. Надеюсь, о его роли для Колонии говорить не нужно? Одни его ненавидят, другие благодарны за предоставление повторного шанса все начать с начала. Но все сходятся в одном, с его головы не должен упасть ни единый волос. Конечно, люди уже смирились с тем, что им предстоит жить в новом мире и путь в старый для них уже закрыт. Но они не готовы порвать пуповину, связывающую их с Землей. Опять же, это необходимо и с практической точки зрения. Мы еще не готовы к самостоятельной жизни.

– Знаете, я не буду с вами спорить. Сама я еще не определилась, как к нему относиться. С одной стороны он меня похитил и обрек на жизнь в этом месте. С другой, спас и предоставил шанс загладить свою вину за совершенное преступление если не перед Богом, то хотя бы в глазах людей. Но отчего вы пришли ко мне. Пойдите к нему, потребуйте от него чтобы он оставил это безрассудство. Не взывайте к моей совести, и не просите меня становиться его ангелом хранителем, потребуйте, чтобы он не смел рисковать понапрасну.

– Угу. В который раз. Он согласился все время ходить в бронежилете, даже спать в нем. Согласился все время быть в каске. Между прочим, ничего смешного, – наблюдая появившуюся на губах собеседницы улыбку, возразил геолог, – в степи куда жарче, а эти аксессуары и здесь не сахар. Он согласился даже на персонального телохранителя. Но вот с чем он не согласен в корне, так это в том, чтобы отказаться от этой экспедиции. Да он собственно именно по этой причине не стал обращаться в правительство. Боится, что его запрут в четырех стенах и станут изучать как подопытную крысу, а еще будут оберегать пичкая не вкусной и здоровой пищей. И признаться я его понимаю, потому как сам вольная птица.

– Вообще-то, лидерам не пристало вести себя подобным образом. Он должен быть готов к тому, чтобы пожертвовать личным ради общественного или поставленной цели.

– Угу. Ладыгин подпишется под каждым вашим словом. И даже уже как-то давал нечто вроде зарока. Во всяком случае, обещал быть куда более осмотрительным и соизмерять свои желания со своими же обязанностями.

– И?

– Я же говорю, собрался в экспедицию, – разведя руками, вздохнул Зарубин.